— Что вы хотите этим всем сказать?
— Что вы ходячая атомная бомба, если не сильнее. В Царенате от вас предпочли бы избавиться, но мы в Российской Империи не приемлем подобного варварства. Позвольте вас заверить, гражданин Потапов, что я вижу в вас дипломата, который остер на язык и одним своим существованием служит предупреждением.
— Собираетесь использовать меня для завоевания и подписания капитуляций более слабых стран? — вспомнил обо всех тех «городах-государствах», о которых рассказывала Ната.
Император возмущенно покачал головой.
— Отнюдь. Слабые страны не следует завоевывать, хоть Империя и подразумевает постоянное разрастание. Я собираюсь привлечь их экономическими посулами: немало людей согласятся променять суверенитет на новые школы, университеты и больницы. Ваша же роль — служить предупреждением, что даже таким монстрам, как Царенат, можно переломить хребет. И лучше поунять готовых хвататься за оружие вояк, чтобы вы не решились вновь променять смокинг на винтовку. Договорились?
Мы вновь пожали друг другу руки…
Глава 17
Бейке рассказал о нашем разговоре почти сразу же, как только вышел от Императора. Кажется, она была не удивлена, но попросила перезвонить ей через пару часов.
Церемония закончилась, народ расходился. Работники каналов загружали громоздкую аппаратуру в фургоны, увозя ее прочь. Журналисты боялись меня как огня. Сунул в рот невесть каким чудом завалявшийся в глубине кармана леденец, покатал его на языке. Раздумывал, как потратить остаток чудесного вечера.
Мир вокруг меня вертелся в чудовищном круговороте. Раньше мне казалось, что я лишь пешка. Сейчас же чувствовал, как нити правления этим миром сами текут мне в лапы.
Покачал головой, прогоняя наваждение — уверен, Вербицкий начал свое падение во тьму ровно с таких же мыслей.
Поискал глазами на парковке наш автомобиль: осталось только дождаться девчат. Может, променять горячий вечер на самый обыкновенный, пошлый сон?
Остановившийся передо мной автомобиль был невзрачен и стар: чудо, что такую рухлядь пустили в Верхний город. А вот стекла оказались тонированы — интриговало…
Тайна продержалась недолго: стоило стеклу опуститься, как узнал сидящую внутри Константу — она тут-то какими судьбами? Приглашал ее лично на награждение: она отказалась…
— Едешь со мной.
— Ты так думаешь? — позволил себе ухмылку. Она решительно распахнула дверь. Черная нить чародейства метнулась ко мне; не успел даже вздрогнуть, как обвилась вокруг меня. Потянула словно куклу — чуть ли не влетел в салон автомобиля.
— Трогай!
Она оказалась способна на нервозность. Водитель за рулем подчинился, машина забуксовала колесами, прежде чем сорваться с места. Я разорвал ее путы через мгновение. Не знал, что делать дальше — ей пощечину, шоферу свернуть шею, выпрыгнуть на ходу?