Подняв руку, он подумал о том, как бы хорошо взмахнуть им. Дернувшись, меч прилетел прямо в руку кузнецу. Яр попробовал выхватить клинок еще пару раз и, успешно поймав рукоять, остался доволен.

Тонкая работа. Теперь дело за малым — передать клинок хозяину.

Переодевшись, Яр скосил глаза на комнату сестры. Дверь была приоткрыта, а на полу валялись грязные сапоги. Явилась.

Заглянув в комнату, фокс выругался. Охотница хренова! Сказал же еще в первый день их житья-бытья тут: из Таврино ни ногой. А она все свое — за порог и бегает по лесам с Ермаком.

— Хоть бы разделась… — вздохнул он и, подойдя к постели, тронул сестру за плечо.

— Яр, дай спать… — простонала она, пытаясь отбиться. Яр потряс ее чуть решительней.

— Вставай, в усадьбе отоспишься, — сказал он погромче, а потом дал ей легкую оплеуху.

— Ты че⁈ — вздрогнула она, подскочив. — Куда⁈

Яр быстро объяснил ей, что по округе шляется какой-то хрен из охотников за головами. И не успела она начать расспрашивать подробности, кинул ей сапоги.

— Собирайся, Илья, приказал переезжать в усадьбу.

Хотя Яр сильно сомневался, что это решит проблему. В деревне у него дел завались, ну не бросит же он куницу? Пусть хоть ночью они с сестрой будут в безопасности, пока Илья не удостоверится, что охотник точно сдох.

Нет, Марлинскому он не соврал — их вольная была вполне настоящий. Старший Воронцов, прежде чем отдать богу душу, отпустил на волю всех своих крепостных. За это Тома всегда ставила ему свечку в храме.

Однако его сын, Станислав, всегда был против таких выкрутасов чересчур либерального папаши. В том, что Булгарина послал именно он, Яр не сомневался. Очень уж ему не хотелось отпускать Яра с Томой на вольные хлеба. Тому в особенности.

Яр вздохнул и посмотрел в окно — там сверкали металлом тушки юдов, сбежавших из Амерзонии. Доля добычи, которую Тома привезла с охоты с Ермаком. От одного взгляда на них у Яра душа уходила в пятки, а ведь их еще предстояло разобрать: часть отложить в кузню, а часть передать в усадьбу Марлинскому, как хозяину угодий.

Было всего две вещи, которые фокс боялся на целом свете — это кромешная тьма и автоматы. А тут на тебе, их целая куча.

— Собралась? Пошли, — кивнул Яр, и они с сестрой, подхватив сумки, прыгнули в броневик.

Он завел двигатель и выехал со двора.

И вот они снова куда-то бегут… Хорошо хоть до тавринской усадьбы рукой подать.

— Ты был там? Говорят, жутковатое место, — сказала Тома, и Яр вынужден был с ней согласиться.

Когда он был там в первый раз, ему показалось, что эта халупа вообще брошена, и в ней живут одни призраки. В последнем была уверена вся деревня — от мала до велика.