Глава 10
Тому снова бросили на нары, и эти отбросы в камерах как по команде затянули свою шарманку:
— Ай, девушка! Ай, персик! Подойди, такое покажу!
Еще и на улице раздаются какие-то крики, но через ее махонькое окошко виден только кусочек неба. Да и стены тут очень толстые, а окна законопачены так, что и не разберешь ничего.
Мудаки по соседству взорвались хохотом, а Тома, попытавшись отрешиться от всего вокруг, прижалась спиной к шершавой стене и закрыла глаза. Из темноты выплыло лицо брата, а потом…
Марлинский? А он-то как ей поможет? Возьмет околоток штурмом? Смешно! Ей уже никто не поможет!
Назавтра назначен суд, а там с вероятностью девяносто девять и девять десятых ее признают виновной в нападении на человека (даже больше — на аристократа!), а затем ее ждет петля. Иного и быть не могло. Если дело касалось нелюдей, то оправдательные приговоры скорее исключение, чем правило.
Сколько Тома ни слышала о делах с участием нелюдей, в них решающим всегда было одно обстоятельство: все нелюди — звери по своей сути и поэтому исправлению не поддаются. А значит, приговор один — смерть!
Были, конечно, случаи, когда из ежовых лап закона обвиняемых вырвут хозяева аристократы, но и там участь их ждала не слаще.
Но Тому с Яром это не грозило.
— Дурачки, — хмыкнула Тома, вспомнив как они радовались, когда им дали вольную.
Даже если сейчас раскроется дверь и через порог переступит неожиданно воскресший из мертвых граф Воронцов, их бывший барин, ситуации это не изменит.
Тома нахмурилась. А что если его сын, от которого они с Яром насилу сбежали, предложит ей выбор: влачить остаток дней у него на поводке или умереть в петле? Что она выберет?
— Лучше смерть, — твердо проговорила она и победно улыбнулась.
В конце концов, они с Яром выбрали волю, а кто сказал, что дорога свободных нелюдей посыпана розами? Очень многие друзья и знакомые из ушедших на вольные хлеба быстро оказывались либо за решеткой, либо в числе разбойников, но все это — верный путь в могилу.
Повезло немногим, в числе которых была Рина, да и то потому, что ее троюродной сестре «посчастливилось» приглядеться аристократу, проезжающему мимо их деревни. А потом судьба закинула ее на Аляску, в дом Ленских, куда она и пригласила Тому и прочих деревенских, отпущенных после смерти Воронцова.
И надо же было так подвести ее… И почему? Что же произошло вчера⁈ Черт, как ни пытайся, все как в тумане…
Впрочем, а вдруг все объясняется намного проще? Вдруг рассказы о том, что звериная суть в крови у нелюдей — чистая правда? Вона и братец тому доказательство. Яр привык решать вопросы силой: сначала что-нибудь ляпнет, а только потом подумать.