— Только в таком порядке! — хихикнули следом. — Или вообще раздевайся, пробежишься до дома голеньким!

И не успел Родя понять, откуда исходят голоса, как окно в дальнем конце комнаты раскрылось само собой. Скупой свет с улицы ворвался в комнату. По полу застучали капли неутихающего ненастья, взвыл ветер.

— Простынешь, но не беда! Хоть живым уйдешь! — защебетали голоски.

Краем глаза Горбатов уловил движение и устремил мушку в сторону рояля. Автомат-горничная сидела на прежнем месте, но вот ее голова была повернута на сто восемьдесят градусов — и она смотрела в сторону Роди!

Или она всегда смотрела на него, и просто из-за света огонька зажигалки он не обратил внимание? Блин, жуткая какая — на морде глаз, а еще зубищи… Так, а где кошка?

Родя проглотил сухой комок и прижался к стене. Нет, никуда он не уйдет! Это его шанс показать, что он достойный наследник рода Горбатовых!

Отец всегда хотел передать дела Яну, но после инцидента в этой же сраной усадьбе, бремя свалилось на плечи Роди. Папенька всегда считал его недостойным и упрекал за то, что он не такой отмороженный как старшенький.

— Хрен там! — выкрикнул Родя. — Выходите, трусливые девки, я вас всех нашпигую свинцом!

И он, вытащив второй револьвер, пальнул в потолок сразу из двух стволов. Грохот прошелся по комнате, а голоса как ножом отрезало.

Ага, испугались, пигалицы!

— Вот так-то лучше! — ухмыльнулся Горбатов, крутонув револьверы на пальцах. — А теперь…

— Девочки, он тупее, чем кажется, — вновь раздался голос, и окно захлопнулось.

Затем снаружи упал щит — комната вновь погрузилась во тьму.

— Ги, он твой.

Вновь сплюнув Родя, убрал одну пушку в кобуру и щелкнул зажигалкой.

Чирк! Чирк! Чирк! — сука, гори нормально!

Щелк! Ну наконец-то! Аа… А где та горничная за роялем?

Вдруг уши резануло рычание мотора, и Горбатов подскочил на месте. Откуда это?.. Что это шумит⁈

Тук, тук, тук — застучали тяжелые шаги. С каждым ударом сердца звук становился только отчетливей и ближе.

Как и рев мотора, который неизвестный словно нес с собой.

Колени Горбатова задрожали, но он справился с собой. Перехватив пушку, вышел в центр комнаты. Зажигался опять потухла, и секунду он, ругаясь на чем свет стоит, снова пытался вернуть пламя.

— Сука, сука! — мычал Родя, щелкая тупорылой штуковиной. Рычащий звук приближался.

Щелк! — и веселый огонек вновь вспыхнул на конце зажигалки, а комната наполовину выпрыгнула из мрака.

Перед Родей стояла горничная, и в ее металлических руках тарахтела огромная бензопила.

* * *

Блин, где все⁈ — метался Серый из комнаты в комнату, но стоило ему только углядеть вдали человеческий силуэт, как он натыкался на очередной автомат.