За дверью кабинета послышались шаги. Скрипнула ручка, и ко мне ввели того самого сынка Горбатова, который облюбовал наш уютный подвальчик.

Выглядел парень не ахти: едва держался на ногах, заплывшая рожа оттенком могла поспорить с цветом его волос, один глаз не открывался.

Едва перешагнув порог, он едва не шлепнулся на пол. За его спиной вышагивала Ги — она была выше его на целую голову.

Дернув парня за волосы…

— Ай! Сукаааа!

…горничная подтащила его ко мне и швырнула на ковер. Попахивало от него тоже изрядно.

— Блин, как бы он тут не испачкал чего… — фыркнула Метта, с омерзением посматривая на его попытки подняться. Руки у него были связаны за спиной.

Завидев кристалл, Горбатов-младший побледнел. Затем посмотрел на мою руку и стал почти прозрачным.

Нет, я был не прав — кроваво-красный глаз таки открылся и едва не вылетел из глазницы.

— Что, за этим вы и приходили? — улыбнулся я, положив ладонь на мерцающую поверхность артефакта. — Смотри, любуйся, Родя. Больше ты его не увидишь.

— Отец придет за тобой! — просипел Горбатов. — Он отомстит!

— К чему мстить? — улыбнулся я и погладил кристалл. — Ты жив и относительно здоров. Мы сейчас с тобой еще немного побеседуем, и ты пойдешь на все четыре стороны. Я не собираюсь марать о тебя руки.

Горбатов захлопал глазами. Ги обратило свое «зубастое» лицо ко мне:

— Простите, хозяин. Его нельзя оставлять в живых. Он слишком много знает и слишком много видел.

— Дайте его мне! — заголосили из кристалла, и прямо из его поверхности — словно из водной глади — показалась голова.

Следом вылезла рука. Затем еще одна, а потом на пол, гибко изгибаясь, вылезла девушка с длинными черными волосами, закрывающими лицо. Она была одета в белую рубашку в пол, и судя по местам, где ткань натягивалась особенно сильно, под ней не было ничегошеньки…

Полностью выбравшись из кристалла, девушка присела на пол, сладко потянулась, а потом? обратив личико к перепуганному Горбатову? поползла к нему на четвереньках.

— Мое, мое, мое! — щелкала она острыми зубками.

— Мама… — простонал Род и хотел было свалить, но за плечи его тут же схватила Ги.

Девушка за один прыжок оказалась рядом. Щелк! — и она едва не откусила его нос. Заверещав, Родя забился в руках горничной.

Хвать! — и его схватили за нос. Он взвыл.

— Мои паучки уже сожрали одного любителя врываться в душ без спросу! — хихикала она и раздвинула волосы. — Этого на закуску! Пусть знает, как плеваться на пол!

А Вен уже совсем-совсем четкая! И паучиха была даже в чем-то симпатичной, если не считать это «воронье гнездо» на голове, огромные желтые глаза и полный рот острых зубов как у акулы.