Сглотнув, Вернер кивнул.

— Но не только… Еще мне нужно, чтобы мое место занял кто-то вроде вас… И чтобы он подчинил Машиниму, а вместе с ней и всю Амерзонию. Остановил Поветрия, вновь синхронизировал Резервацию. Понимаете?

Я хмыкнул.

— Благородные цели не оправдание.

— А вы бы согласились? Занять мое место и стать частью Цитадели?

— Ради вас? Нет.

— Ну вот видите, — горько улыбнулся Вернер. — А ведь вы, Илья, явно интересуете кого-то, кто выше нас.

— А ком вы?

— В тот день, когда вы впервые прибыли в ШИИР, у меня был посетитель. Он пришел без приглашения, вообще не было понятно, как он смог подняться без моего ведома и без ведома Цитадели. Он сказал, чтобы я воспользовался вами.

Тут я тоже не удивился. Очевиднее некуда, что это был…

— Странник?

— Он не назывался. Эх, не важно, — и Вернер вытащил из ящика револьвер. — В любом случае, мой план пошел прахом. Тот, кто вот-вот войдет сюда, не даст мне умереть в доме престарелых.

Он прислушался.

— Как жаль. Я так мечтал выйти отсюда. Так мечтал стать свободным, и вот… — директор хохотнул. — У меня осталась минута… Или даже меньше.

Вернер взвел курок и приставил дуло к виску.

— У вас два варианта, Илья Тимофеевич, — сказал Вернер, смотря на меня безумными глазами человека, вот-вот готового шагнуть в неизвестность. — Либо остаться здесь и ждать, подобно мне, пока сюда не зайдет кто-то вроде вас, чтобы занять ваше место, либо…

Он улыбнулся.

— … Из рыцаря резервации стать повелителем резервации. Ваши нано-машины справятся, ведь они…

— Странник и об этом рассказал?

Он отрицательно покачал головой.

— Нет, я выяснил это сам. Как бы вы не старались, но результаты тестов сказали о вас все. Нашу машину вы поломали, да, но отчеты всегда записываются в черном ящике. Тогда я и понял, КТО вы на самом деле. И какую пользу можете принести.

Он снова обернулся. В трубке слышались какие-то голоса. Выругавшись, директор сунул дуло револьвера себе в рот.

Я скакнул к стеклу.

— Вернер, стойте, не…

Выстрелом ему снесло половину черепа. Откинувшись в кресле, он полетел на пол. Телефонная трубка замоталась на проводе.

Секунду спустя дверь у него за спиной открылась, и на пороге показались двое. Одну из них я знал — это была Софья Ленская. Она была в вечернем платье, с потекшей тушью, бледная и явно напуганная. Но живая.

А вот вторым был Александр Онегин. Пусть он и изрядно постарел, но не узнать его было невозможно. За ними в кабинет вбежала Шпилька.

Вернера он увидел сразу. Подойдя, ткнул его носком ботинка.

— Опоздал… — услышал я голос в трубке, которую я все еще прижимал к уху. — Покойся с миром. Глупец.