— Может, ему пяточки пощекотать? — предположила Мио и, вытащив из подушки перышко, потыкала им ему в пятку.

Увы, перышко старалось как могло, но на каменном лице хозяина не двинулся ни один мускул. Рука ни в какую не желала прирастать, сердце тоже еле билось, будто он и вовсе впал в кому.

— И немудрено, — пожала плечами Сен. — Такой разгром! Я бы тоже расстроилась, будь поместье моим. Что делать?

Все переглянулись.

— Ему нужен постельный режим и припарочки! — сказала Сен. — А еще я слышала людям делают целебные клизмы. Помните, как по телеку?

— Хмм… — задумалась Ги. — Может, попробовать ему банки поставить? Попариться, над картошкой подышать?

— Нет, все это чушь. Ему нужен настоящий врач, — сказала Лиза. — Но вызвать его мы не сможем. Проводка ни к черту. Механик наладит все только к вечеру.

Тут-то Аки и решила взять все в свои руки. Оставлять хозяина на попечение автоматесс — все равно, что убить. Да и в ШИИР ехать кровь из носу. Свиридова им голову открутит.

Нацепив свой боевой костюмчик, она подхватила сумки, которые они с Ильей собирали с вечера, и вышла в центр гостиной.

— Хватайте его со Шпилькой и грузите во внедорожник! Мы едем в ШИИР.

Все воззрились на нее будто впервые увидели.

— С ума сошла⁈ — покачала головой Мио. — Он же сейчас помрет из-за этой своей депрессии!

— Делать нечего, — ответила Аки. — Мы уже и так опоздали, а там, если что, покажем Свиридовой. Или Устинову, на худой конец…

Все почесали головы, и, решив, что иного выхода нет, потащили тело хозяина со Шпилькой в броневик. Уместив обоих на заднем сидении, Аки задумалась.

— А кто из нас умеет водить эту штуку? — и поглядела на автоматесс. Те развели руками. — А ты Лиза?

— Только велосипед…

Аки поджала губы. Томы тоже не было, а госпожа Метта не показывалась с самого утра.

Ничего не оставалось, как сесть за руль самой.

* * *

Заметив одну из праздношатающихся Метт — с номером 526 на спине и в бейсболке — я затаился. Она украдкой жевала жвачку и, стоило ей отвлечься, чтоб надуть розовый пузырь, как я бросился на нее с мечом.

Звяк! — и ее руки оказались пусты.

— Блин! — и — хлоп! — пузырь прилип к ее мордочке. Она застонала с поднятыми руками. — Сдаюсь!

Я же, прижав стене эту любительницу жвачки, выхватил кинжал.

— Не рыпайся, а то плохо кончишь, Метта. Где… Метта?

526-ая замычала, и я, так и быть, помог ей убрать жвачку с лица.

— Думаете, меня напугать смертью, Илья Тимофеевич⁈ — зарычала она. — Я тут подыхаю чуть ли не ежедневно! Мне нечего бояться!

— Что ж, значит, я зря трачу время, — ухмыльнулся я, собираясь порезать ее на ремешки, но у нее глаза уже полезли на лоб.