— С ума сошёл? — удивилась она. — Я очень тобой дорожу!

Ржевский подозрительно прищурился и подался назад.

— Я, кстати, прошлась по мозгам двух тёлок, которые с тобой веселились. — Продолжила Мадина. — Ничего себе, ты массовик-затейник! С богатой фантазией, хи-хи.

— Вообще-то это клиентская тайна! — он неподдельно возмутился. — Ты не имела права так делать!

— Дим, да нет в этом мире от менталиста никаких тайн, — отмахнулась Наджиб, оглядываясь по сторонам в поисках ещё одного табурета. — И чем быстрее ты это поймёшь, тем лучше для тебя. Б**, а почему у тебя второго стула нет? Мне на стол садиться?

— Этот дом мой, я в нём обычно один обитаю. Мне одного стула хватает. Сходить, принести второй?

Недолго думая, Наджиб запрыгнула на столешницу и скрестила ноги, усаживаясь поудобнее:

— На. — Она положила рядом с собой свёрток, который принесла в руке.

Ржевский развернул, не торопясь, мазнул взглядом. Затем озадачился:

— Платина как на твоих браслетах. Сердечник из палладия. Руны — золото, энергетический накопитель алмаз. Хреновенький, но большой. Мадина, а что это?!

— Ты не в курсе? — она не исключала, но всё равно удивилась. — Только что назвал все элементы, даже сердечник, которого снаружи не видно, но не знаешь, что это?

— Я вижу кое-какие материалы в глубину, — нехотя признался блондин. — Это достаточно большой секрет, не говори никому.

— Не скажу, хорошо. А какие именно материалы видишь? — было действительно интересно.

— Преимущественно банковские металлы и натуральные камни… Я понимаю, что это какой-то амулет, — он похлопал по артефакту ладонью, — но понятия не имею, какой именно. Тем более не в курсе, нахрена ты его притащила — в нём весу, как в хорошей кувалде.

— Это постановщик помех. Ещё его часто называют генератором иллюзий.

До Ржевского начинало доходить:

— Пока я на сеансе у профессионалок Шу был, ты с кем-то из своих пообщалась?!

— На совсем. — Наджиб погрустнела и не стала этого скрывать. — То есть да, но не в таком порядке. Кое-кто из моей семьи встретил Самбура на нашей стороне из Портала, это часть стандартной процедуры.

— Тоже менталисты?

— Конечно. Разумеется, вытащили у него из головы здешние подробности.

— Папа?

— Не-а, мама… — Мадина опустила взгляд ещё ниже и шмыгнула носом. — Она меня любит, просто против отца не может идти…

— Об отце обязательно потом расскажешь, пока продолжай по теме. — Ржевский поколебался, затем по-мужски сгрёб её за шею и прижался лбом к её лбу.

Она не стала отстраняться:

— Моя мама пошла к матери Далии сразу после этого и через канал той вызвала уже меня. Поговорили немного.