Та прекратила краснеть и принялась багроветь.
Подъехала стадия номер два, подумала менталистка, против воли впечатляясь происходящим (хотя дальше вроде некуда).
— Выразительность ваших глаз и кое-каких деликатных форм, — опекун без затей занырнул взглядом и в глубокий вырез Юки, — затмевает высоту даже самого большого небоскрёба нашего города!
Интересно, а когда ты её глаза увидел, если ты в них и не смотрел.
Пульс за полторы сотни, Наджиб с искренним восторгом наблюдала за обеими родственницами Шу. И по мере бреда Ржевского продолжает расти. У каждой.
— Дамы, мне крайне неловко из-за нашего вынужденного вторжения на вашу территорию! — виновник женского смятения ещё раз задорно сверкнул красными цветами на зелёном фоне, безуспешно пытаясь щёлкнуть сгоревшими каблуками по второму кругу. — Но разрешите задать вопрос?!
— Какой? — пискнула Асато, прекращая багроветь и начиная бордоветь.
— Какой? — хриплым рефреном отозвалась Юки.
Сто восемьдесят у каждой, профессионально отметила следующую ступеньку чужого сердцебиения Наджиб.
Какая прелесть.
А ведь о самых занимательных спектаклях, которые менталист видит за свою жизнь, как правило, никому и не расскажешь.
Эх-х.
— Где вы ужинаете сегодня вечером? — попечитель, взяв отметку сто восемьдесят, на ней не остановился и уверенно двинулся дальше.
Двести. У каждой из них пульс под двести — хоть вмешивайся, уже без шуток предположила про себя медицинский вариант Мадина.
Происходящее ей резко разонравилось.
— Эй, завязывай? — серьёзно предложила она на языке Залива, нахмурившись. — Их тут сейчас кондратий обнимет, что потом?! Двоих не вытяну! И как ты это делаешь?! Ты ж полено в магии!
— Обратитесь позже, я занят, — отмахнулся от неё опекун, не удостаивая и толикой внимания и продолжая поглощать взглядом телеса кузин Норимацу. — Дамы! — он бодро переключился на нихонго. — Это моя ассистентка, не обращайте и вы внимания. Так какой ваш любимый брендовый ресторан в городе?! Я могу ангажировать вас обеих туда в знак сотрудничества Родов?!
Его чистый и неподдельный энтузиазм так и лился елеем изо всех щелей и пор организма.
Под ногами неожиданно зашевелился шелковый халат.
Ржевский между делом наступил пленному на голову, не отводя сияющего взгляда от обеих японок одновременно:
— Так что?!
Глава 27 ИСПРАВИЛ ЖЕСТЬ. ВЫДЕЛЕНО КРАСНЫМ
Мадина Наджиб, дублёр-двойник Её Величества Далии аль-Футаим.
— Так что?! — искренность, с которой Ржевский так непосредственно и трепетно ожидал положительного ответа японок, подкупала.
Причём его абсолютно не смущали ни висящее между сёстрами в воздухе напряжение, ни просвечивающие трусы в прорехах штанов (не совсем, к слову, модельные — чтобы сказать мягко).