Соученики Ржевского давно поставили щиты — у кого они были. Те, у кого не было, спрятались за первых: слишком азартно размахивал своим приспособлением будущий неудачник.
КЛАЦ! КЛАЦ! КЛАЦ! Когда-нибудь он провалится в атаке. Должен провалиться.
Он слишком эмоционален — вон, его лицо вообще похоже на того, кто играет в карты.
А она автомат. Кто выходит победителем из соревнования машины и человека, давно известно.
ЕСТЬ! Шу пропустила очередной удар над головой, обозначила классический шаг назад, но вместо этого резко распласталась в шпагате. Давая противнику надвинуться на себя и оказаться к ней почти вплотную.
"У невооруженного простака редко бывает больше одного шанса против вооружённого мага, а каратэ-до учит своих адептов этот шанс не просрать".
УДАР! Кулак японки, конечно, не мог сравниться со своим собратом, принадлежавшим Ржевскому — последний разбивал подброшенные в воздух камни и ледяные глыбы. Но рука Шу Норимацу тоже кое-что могла.
Её костяшки, казалось, погрузились в пах энергета чуть не до запястья.
УФ-Ф. Ему сейчас больно, хи-хи.
Изо рта подловленного по классике типа неожиданно пошла кровь, глаза его остекленили, энергетический бич деактивировался, а сам бездарь упал лицом вперёд.
— Минус два, — констатировала японка, опираясь на руки и поднимаясь со шпагата.
— Слушай, какая у тебя попа красивая! — сзади раздался хриплый, скрипучий, но такой чудесный голос живого Ржевского.
Даже начавшего выздоравливать, судя по контексту.
— Я только одного не понимаю, — партнёр демонстративно скрипел по-японски, видимо, показывая соотечественникам, что союзница ему ближе земляков. — Ты же ему по помидорчикам угодила, почему у него горлом кровь пошла?! Загадочно.
— А чёрт его знает, — равнодушно пожала плечами японка, подходя к товарищу. — Дуракам закон не писан. Ты сам-то как?
Здоровье побеждённой пятёрки негодяев было последним, о чём следует беспокоиться честному победителю.
— Нормально он, у него даже кочерыжка начала подниматься при виде твоей задницы. Значит, ничего непоправимого, — проворчала менталистка по-японски.
С акцентом, слишком старательно выговаривая звуки — но грамматически правильно.
— Вот ты стерва хитрая! — возмутилась Шу. — И ведь не говорила же!
— О чём? — Наджиб скользила взглядом по окружающим и наверняка работала по профилю в параллель с разговором.
Ладно. Одно дело делаем, успокоила себя азиатка мысленно:
— О том, что мой язык знаешь.
— Я и не знаю. Сегодня ночью только чуть-чуть поупражнялась, когда из ваших мозгов кое-что вытаскивала.
— Из чьих это мозгов?! — после горячки боя с сообразительностью всегда напряжёнка.