— Какой ты хитрый и предусмотрительный, — озвучила она тихо собственные мысли, кивая на кучку золота, которую попечитель старательно завязывал узелком в краешек полотенца (карманы сгорели вместе с одеждой).

Ржевский покосился на неё, но ничего не сказал. Вместо этого продолжил разговаривать с Демидовым:

— Виктор Петрович, верите, больше всего ставят в неловкое положение и раздражают именно подобные благодарности! Ну проскочили и проскочили, искренне рад за вас… Как там Алина, кстати?

— Рассказала много интересного про свой плен и про то, как вы их освобождали.

— Так. — Потомок гусара энергично поднялся. — Можете сделать мне одно одолжение?

— Говорите. — Промышленник, судя по интонациям, которые сейчас слышала менталистка через громкую связь, не особо-то и напрягся.

Потому что долг за дочь отплаченным в полной мере не считал.

— Давайте вы больше никогда этого не будете упоминать? Мне, кому-либо ещё, неважно, — кое-кто отчего-то напрягся.

— Хорошо, — а вот фабрикант озадачился.

Он явно ожидал какой-то другой просьбы.

Мадина потянулась и перевернулась на живот: в отличие от родных краёв, летнее солнце здесь не обжигало. Грех не пользоваться. Опять же, где и когда ещё в таком виде походить придётся.

— Кстати, — опекун что-то вспомнил. — Виктор Петрович, помощь нужна!

— Слушаю.

— Документами не поможете?

Кроме неё рядом никого не было, оттого блондин не заморачивался и говорил открыто.

— Какими? — голос Демидова на том конце заинтересовался.

— На меня и на девушку со мной. В идеале — какой-нибудь рабочий ваших заводов или предприятий; или даже квалифицированный специалист! Допустим, что-нибудь по механике?

— Я сейчас сверну деятельность, — вздохнул фабрикант. — После случившегося некоторое время возобновлять работу не планирую.

— Это понятно, — терпеливо выговорил Ржевский. — Так даже лучше. Работал парень у вас, остался без работы. Вылетел из съёмного жилья, оказался на улице. Вот документы.

— Степень надёжности?

— Оригиналы. Должны выдерживать любую проверку кроме очной ставки.

— Это же только на нижнее сословие получится сделать? — Демидов удивился. — Дмитрий Иванович, даже инженерную должность уже не смогу!

— А пусть будет! Нижнее сословие даже лучше! — блондин возбудился и забормотал. — Взять с такого человека нечего, магического дара нет, всех активов — физическое здоровье да аккуратность. Виктор Петрович!

— А?

— Хорошо бы с рекомендацией вашего кадровика? Дескать, ума парень невеликого, но крайне аккуратен, старателен и порядочен. Возможно такое?

— Для вас возможно и не такое. Я понимаю, спрашивать о целях и подробностях бессмысленно?