— Обрадовался неудачно по одному поводу, — сомнамбулой ответил попечитель, продолжая таращиться в никуда. — Бац — а монеты в воду улетели. Упускать было нельзя, без подробностей. Рассчитывал, что вы спасёте. Не ошибся. Спасибо.

Рыжая Барсукова фыркнула и возмущённо подняла брови. Открыла рот, чтобы что-то сказать, но сдержалась и молча покрутила пальцем у виска. Затем без слов сплюнула в траву.

— Я горжусь тобой как партнёром, — а Норимацу сейчас выглядела зеркальным отражением Ржевского.

Такая же задумчивая и отмороженная.

— Так, как презираешь смерть ты, в наше время уже мало кто способен жить, — ровно продолжила японка.

У Мадины закралось на мгновение профессиональное подозрение: возможно, пара неадекватов просто шифруется удачно? Потому и нашли друг друга, что сдвиг по фазе у обоих однотипный? Просто больные люди?

— Это не настолько большая сумма, чтобы так себя вести, — задумчиво заметила молчаливая Асато, внимательно разглядывая единственного в их компании мужчину. — Я удивлена. Восхищения кузины не разделяю, но было интересно.

Блондинка Виктория, откачавшая пострадавшего повторно, ничего говорить не стала. Она звонко постучала открытой ладонью по лбу вначале себя, потом Ржевского.

Тот не отреагировал и продолжил равнодушно пялиться в горизонт.

— Кажется, впору о кое-чем здоровье переживать, — заметила менталистка. — Дим, с тобой всё в порядке? Сиськи показать?

— Да, — опекун убедительно изобразил зомби. — Кислородное голодание просто. Жизненные функции чуть угнетены, скоро пройдёт. Наверное.

— Пусть тут лежит! — решительно заключила Юки. — В третий раз, надеюсь, можно не переживать.

— Добудьте кто-нибудь одежду, пожалуйста. — Ни к кому не обращаясь, безэмоционально изрёк потомок гусара. — Очень надо.

— С меня на сегодня хватит. — Виктория выпрямилась и принялась одеваться. — Ржевский, иди в задницу!

— Присоединяюсь, — вздохнула рыжая Наталья. — Хотя я б ещё здесь повисела, — эти слова были сказаны сестре.

Магесса огня с к сожалением огляделась по сторонам.

— Вика, ты же не уйдёшь так после всего, что между нами было? — бесчувственно проскрипел опекун.

Его глаза сходиться в одной точке не желали.

— А что между нами было? — хмуро спросила Барсукова.

— Я чувствовал, как бьётся твоё сердце. — Мужская рука вытянулась, указывая пальцем на левую грудь собеседницы.

— Рада за тебя. Ржевский, а у тебя с головой точно все в порядке⁈ — поинтересовалась водница. — А то выглядишь, скажем честно, не очень.

— В этот раз почему-то больше воды нахлебался. Шок. Сейчас пройдёт.

Блондин неожиданно сел.