— Ржевский, а это точно ты? — Наследник задумчиво покосился на говорящего.

— Есть сомнения? — блондин вопросительно изогнул бровь.

— Ты раньше слов таких не знал, молчу, на что время тратил. Впрочем, как и вся ваша порода. А сейчас…

— Я это, я, — хохотнул нетрезвый маргинал, меняя положение и перемещая ладонь с женской ягодицы на упругое бедро герцогини. — Просто после некоторой внутренней модернизации, а-га-га-га. Жёны устроили переформатирование базовых настроек личности, — он жизнерадостно продолжил ржать молодым конём.

— Мне будет очень интересно дослушать, — с хищной улыбкой заметил старший церковник. — Эту без сомнения интересную выдумку. Перед тем, как.

— Перед тем, как ты сядешь всерьёз и надолго, а-га-га-га! — продолжил веселиться не пойми чему потомок одиозного кавалериста. — Ну слушай дальше, коль такой любопытный.

Он демонстративно не обратил внимания на стальной блеск в глазах оппонентов.

— Когда в обществе и стране назревают перемены, это условно можно представить как котёл с кипящим варевом. — Ржевский огляделся, без спроса подвинул к себе судейские записи, решительно перевернул верхний лист и принялся рисовать схему на обратной стороне.

Карандаш он без затей позаимствовал из рук самого судьи.

— Важно: во время бурлящих социальных процессов возникают центры кристаллизации. — Нетрезвая рука на удивление уверенно изобразила несколько точек в середине ограниченного объёма. — Финансовый капитал как средство производства — банки, воротилы. Промышленники и адепты запрещаемого магами техно. Эти — первые, чьи рост и развитие тормозятся устаревшими законами и порядками, фотография дня, так сказать.

— Скажи что-нибудь новенькое, — царевич закусил губу, впившись взглядом в рисунок.

Он даже не понял, что между слов только что сообщил собеседнику больше, чем планировал (судя по сверкнувшему в глазах церковников недовольству).

— Сюда добавляем извечные тёрки внутри змеиного клубка, именуемого столбовым дворянством, — схема украсилась ещё несколькими квадратиками. — Если стравить всех со всеми, стороны ослабят друг друга в междоусобной борьбе. Тот, кто в хаосе первым взберётся на гору, и будет кашу наяривать, — блондин поставил жирную точку в правом нижнем углу. — Так думали те, кто всё это затевал, — он скрестил руки на груди и посмотрел на попов по очереди этим своим взглядом заботливого идиота.

— Неплохой анализ для разложившегося алкоголика, — серьёзно качнул подбородком младший носитель рясы.

— Что интересно, догадаться не должен был вообще никто. Тем более, непосвящённый, — его задумчиво поддержал второй.