Отец Савва что-то почувствовал, потому что не выдержал и вышел во двор, растворив настежь двери. Весь пребывающий в сомнениях, но при этом полный собственной внутренней выстраданной правоты, он походил по траве, выглянул за забор, посмотрев на последних бегущих к дирижаблю людей и, пожав плечами, вернулся в дом.

Лара уже сидела на гостевом месте, закинув ногу на ногу и положив свою сумку на чистую тумбочку, с большим интересом разглядывая разложенные на столе шпионские амулеты и ключ-камень для маг-связи. Отец Савва, кряхтя, потянул на себя чуть было не захлопнутую сквозняком дверь в комнату, увидел Лару и застыл столбом. Потом тихонько затворил дверь перед собой, постоял за ней чуть-чуть, успокоился, и так же тихонько приоткрыл её ровно настолько, чтобы суметь посмотреть на улыбающуюся эльфийку одним глазом.

— Знамение на себя наложите, святой отец, — посоветовала ему Лаириэн ровным голосом. — Говорят, помогает.

— Ага, — немного ошалело согласился с ней отец Савва, потом размашисто совершил действительно чуть засветившееся на нём знамение, прокашлялся и виноватым голосом сказал, — да и какой я вам отец, называйте меня просто Савва, что ли.

— Это вы сейчас на что намекаете? — привычно ухватилась она за этот привычный, в общении с ней, ляп, чтобы немного растормошить и расслабить собеседника. — Я всё-таки дама, святой отец!

— Да Господи, — в отчаянии всплеснул руками тот и затараторил, спеша объясниться. — Дед мой мне про вас рассказывал, и часто! Как ехали они обозом, зимой, думали безопасно, а бабка на сносях, отцом моим, а к ним из лесу страховидла вышла! Думали, что всё, она уж кого убить сумела, кого подрать, а тут вы! Нечисть сожгли, людей вылечили, а уж деду моему руку оторванную к месту приставили, помагичили, кровь смахнули, а рука-то, правая, как новая! А ведь крестьянину без руки жизни нет, он потом до самой смерти хвастался, и всех на этой руке борол, никто его победить не мог! Бабка вам потом всю жизнь свечи ставила и в молитвах поминала! Дед потому что после этого не пил совсем, как отрезало!

— Очень может быть, — легко согласилась с ним Лара. — Иногда я увлекаюсь, если вижу больную печень, и действую прямолинейно. Но сути дела это не меняет. Давайте соблюдём приличия, вы не намекаете мне о возрасте, а я не умаляю ваш сан. Тем более сан, подтверждённый свыше, а это видно, что впечатляет.

— Охти ж мне, — смущенно признался ей отец Савва, — прямо не знаю, что с этим делать. Уже при посторонних знамение не совершаю, и благословляю с опаской. Пока бог миловал. Вот уж чего не хватало, право слово.