— На здоровье! — поворачиваясь обратно к окну, скрестив руки на груди, отрезала я.
Оставшуюся дорогу мы ехали молча. Каждый думал о своем. Я ругала себя за вспыльчивость и несдержанность, но и извиняться перед этим бесчувственным криворогом не собиралась.
“Хотел поорать? Вот мы и поорали! — делая глубокий вдох, подумала я про себя. —Вот только как мы при таком раскладе обеспечим дочери спокойную и гармоничную обстановку любви и понимания — вопрос”.
При мысли о Софии, грудь сдавило железными тисками вины. Перед дочкой. Перед ним. Опять. Чувство, которое за последние несколько дней я испытывала чаще, чем за всю свою жизнь. И мне это не нравилось.
Вина — это чувство, с помощью которого можно легко управлять человеком. А я никак не могла позволить собой манипулировать. Никому. Даже Ксавьеру.
Из-за возникшего между нами напряжения, дорога до дома казалась жутко долгой и медленной. Словно лошади специально скакали вразвалочку и не торопились, надеясь, что кто-то-нибудь из нас сделает шаг навстречу и, возможно, мы даже поговорим без криков и взаимных претензий. Но мы оба оставались непреклонны.
Хотела ли я, чтобы нас с этим зеленоглазым упрямцем связывало что-то большее, чем общая дочь и ответственность за нее? Скорее да, чем нет.
Знала ли я, как нам с такими ужасными характерами построить здоровые взаимоотношения? Скорее нет, чем да.
Готова ли я была рискнуть всем ради этих отношений? Возможно, но это не точно.
Из размышлений меня вывело одно короткое:
— Приехали, — сказал Ксавьер и направился на выход из повозки.
Как истинный джентльмен подал мне руку и помог выбраться наружу, а дальше каждый пошел сам.
Перед тем, как войти в дом, мы как два клоуна натянули на лица напряженные улыбки, в надежде обмануть дочь и переступили порог.
Картина представшая нашему взору завораживала и устрашала одновременно. Все, что находилось в гостиной витало в воздухе. В том числе и люди. А посреди этого хаоса сидела маленькая София и раскачивалась из стороны в сторону, обнимая себя маленькими ручками за коленки. Ее взгляд был испуганно-напряженным и направлен в одну точку.
— Вы двое, — пролетая мимо нас вверх ногами, грозно проворчала Франческа, скрестив руки на груди. — Завтра же с утра на сеанс семейной психотерапии.
Глава 12
Лилит
Что такое психотерапия я не знала, а спрашивать у Франчески не рискнула. Ей явно нужен был отдых после трех часов висения в воздухе вниз головой.
С Ксавьером я так и не разговаривала, поэтому оставалось лишь догадываться о том, что ждет меня сегодня за дверью кабинета.
Тихонько постучав, я приоткрыла дверь и заглянула внутрь. Франческа была еще одна и я подумала, что это был мой шанс узнать, чего ожидать от этой встречи.