Вылетев через врата, он рухнул в руки гвардейцев.
— Не входите туда, — сказал он.
Сзади него что-то обрушилось. В подземелье воцарился мрак. Кто-то бросился на лестницу за факелами, и вскоре площадка перед вратами слабо осветилась привычным теплым светом огня.
Феш сорвал маску и попросил факел, отдал мешок с осколками какому-то Магусу — едва ли в них сейчас был смысл.
— Что случилось внизу? — спросил его кто-то. Он не распознал голоса.
— Уходите, — приказал Толл. — Поднимайтесь, здесь опасно оставаться. Живо! Я догоню.
Оставшись на площадке в одиночестве, Фештан нар Толл снова прошел в пещеру и остановился, почувствовал неладное. Опустил факел вниз, держа на вытянутой руке. Чертыхнулся.
Двухэтажного подземелья больше не было. Верхний ярус обвалился полностью.
— Вот дерьмо, — прошептал он.
В шаге от него с потолка грохнулся здоровенный валун, выбил из руки факел, ударился об остаток верхнего яруса и грохнулся вниз. Феш попятился и юркнул обратно на площадку. Мгновением позже начала рушиться площадка.
Фештан понесся вверх по лестнице.
2.1 Вагранийский залив
— Третий день не показывается. — кормчий Стор Кольцо потеребил косички в густой русой бороде и оглянулся на помощника. — Анду, балбес, тащи солнечный камень!
— Айе!
Мальчишка — то ли сын, то ли более дальний родич Стора — метнулся к сундуку кормчего и бережно, словно то была священная реликвия, вытащил кошель из мягкой кожи. Брат Фастред внимательно наблюдал за действиями помощника, стараясь не путаться под ногами: усвоил, что лучший способ помочь на рундском корабле — не дергаться до тех пор, пока не получишь приказ. На этом корабле был только один бог и владыка — Стор, получивший прозвище Кольцо за массивный золотой перстень с кровавым рубином на мизинце.
Анду — лопоухий и худой как щепка юноша с крепкими длинными руками вернулся к кормчему и передал тому кошель, как показалось Фастреду, с легким поклоном.
— Ага, хорошо, — Стор хмыкнул в бороду, аккуратно вытащил тонкий срез прозрачного минерала — более всего он походил на кусок льда — запрокинул голову и поднес камень к глазам. — Посмотрим, куда солнышко запропастилось.
Относительно ценности этой вещицы Фастред не ошибся. Рундские мореходы называли этот предмет иссолем и передавали по наследству. Иссоль позволял найти солнце даже на затянутых облаками небесах. Такие камни продавались на вес золота, ибо от них зависели судьбы кораблей.
— Ага, вот оно! — Стор оторвался от созерцания и перехватил заинтересованный взгляд Фастреда. — Хочешь посмотреть, божий воин? Ну подходи.