его желанием была благородная и справедливая месть. «Око за око и зуб за зуб, даже ценой моей собственной жизни, — думал Виталий. — Но мои дорогие сестра и племянник никак не должны пострадать, мой долг — прежде защитить их, а потом уже действовать». Через неделю юрист составил дарственную на «Витафарму», а также на квартиру на Большой Морской в пользу Секлетеи Красицкой. По совету юриста Виталий пригласил к нотариусу также и Вилму, с которой формально его брак не был расторгнут. Он также предусмотрительно составил дарственную в пользу Вилмы на свою половину хутора. Чтобы как-то объяснить происходящее, Виталий сказал, что так нужно для бизнеса, и женщины согласились. Он также оплатил четырехлетнее обучение Владимира в цюрихской бизнес-школе. Когда, наконец, все формальности были закончены, Виталий почувствовал облегчение и свободу. Он был на подъеме, много гулял по Санкт-Петербургу и впервые за несколько лет поехал в Петергоф [161] . Он любовался фонтанами и думал: «Кто же я? Тварь я дрожащая или право имею?!» Он решил встретиться с этим профессором Косым и для начала посмотреть ему в глаза. Виталий попросил Ивана назначить ему встречу с профессором на кафедре университета. Все было обставлено солидно: генеральный директор крупной фармацевтической компании просит о встрече с университетским профессором-вирусологом. Через неделю ничего не подозревающий Косой ждал Виталия на кафедре, его секретарша приготовила чай. Косой полагал, что «Витафарма» предложит кафедре какую-то научную работу. Он уже приготовился к тому, чтобы возвращать часть выделяемых денег, потому что с 1990 года неоднократно участвовал в мутных финансовых схемах. «Да, я не какой-то там ученый с улицы, я заслуженный университетский профессор. Могу поработать у них консультантом», — думал Косой и подсчитывал в уме свои будущие гонорары. Виталий вошел в кабинет и как бы не заметил протянутой руки Косого. От чая он отказался и сразу начал говорить: — Здравствуйте. Я деловой человек, и мое время строго регламентировано. Я пришел, чтобы переговорить о работе вашей кафедры в пятидесятые годы. Ведь именно тогда вы были на кафедре аспирантом? Косой никак не ожидал, что Виталий поднимет эту тему, но решил вежливо поддержать разговор: — Да, я работаю на кафедре с конца 40-х годов. Вот уже почти пятьдесят лет. — Как это символично, и мне два года назад исполнилось пятьдесят лет. А вы не встречались с доцентом университета Владимиром Красицким? На лице Косого и мускул не дрогнул. — Да, я смутно припоминаю.