— Так туда же хаживают местные парубки, — усомнился Клим.

— Это ничего. Они туда только в полнолуние бегают достоинством меряться, а луна взойдёт в зенит уже сегодня, так что никого там не будет. Собирайся в путь.

— Слушаюсь.

Я вышел на крыльцо и, прищурившись, глянул на солнце, заливающее округу своими лучами. Вот только тепла от этого, считай, никакого, всё же середина января на дворе. Впрочем, нет ветра уже хорошо, правда к утру совсем кисло будет. От одной только мысли о скачке в седле по спине пробежал холодный озноб. Намёрзнусь ведь.

Сбежал по ступеням и направился к будущим цехам. За прошедшие два дня Тихон успел не так чтобы и мало. Начал он с кузницы, потому что тут со строительными магазинами как-то не особо, и даже если понадобится гвоздь, нужно его либо выковать, либо заказать у стороннего кузнеца.

Железо слишком дорогое, а потому впрок ладить их не принято. Ну, мало ли какие размеры понадобятся, не станешь же держать под рукой широкий ассортимент, да ещё и в большом количестве. Эдак выкуешь пару-тройку пудов гвоздей, а они после год пролежат никому не нужные. Так что кузнецы работают сугубо под заказ.

До прибытия оборудования и инструмента я успел подготовить только горн с вытяжкой, остальное предстояло ладить будущему начальнику каретного двора. И с учётом того, сколько всего задумано, управился Тихон довольно быстро. Тут ведь и ленточные приводы, и пара механических молотов, большой и малый, и свой сверлильный станок, и механическая пила по металлу, и точило, и небольшой протяжный стан для проволоки. Да много чего, это уже и не кузня, а целый горячий цех.

Из открытых настежь ворот доносился перестук молотков и перезвон металла. Тихон разрывается, кого-то уму-разуму учит. Может, и кузнеца, тот мало что из подмастерьев и ещё не оперился, так ещё и многое из того, с чем ему предстоит работать, прежде в глаза не видел.

— Тихон, — встав в воротах, позвал я.

На улице, по ощущениям, градусов пятнадцать мороза, но в кузнице не смотри, что помещение просторное. С высокими потолками вполне себе тепло. Настолько, что ворота предпочитают держать открытыми, чтобы не заболеть к нехорошей маме. Вот так взопреешь, а после на улицу высунешься, и здравствуй, попа, Новый год.

К слову, парочку ретивых парнишек мне уже пришлось подлечивать посредством «Лекаря». Оно бы положить их в постель, чтобы помаялись да ума набрались, но некогда, потому что им учиться ремеслу нужно. Вот и задействовал дар.

— Здравия тебе, Пётр Анисимович, — подойдя, поздоровался Тихон.

— Как тут у тебя?