— Приветствую тебя, великий хан, — поклонился я ему, когда он остановился в нескольких шагах от меня.

Я говорю на нескольких языках, что при моей памяти не проблема. Научиться проговаривать слова правильно мне не сложно, но из-за непривычной для связок речи у меня всё же присутствует лёгкий акцент. Вот и татарский я выучил, только произношение как у мигрантов из среднеазиатских республик.

— Кто ты? — спросил он, даже не подумав отвечать на моё приветствие.

Да и чёрт с тобой, золотая рыбка. Главное, мозг включи и поверни обратно. Хотя-а-а. Ни Мария и никто другой не допускали даже мысли, что крымский хан отвернёт сам. Только если его развернут, и никак иначе. Иное дело, что перед дракой нужно было показать ему и его воинам, что мы не желаем кровопролития. А уж после можно и юшку пустить.

— Ярцев Пётр Анисимович, ближник великой княгини Долгоруковой. — представился я.

— Ты её любовник. Слышал, что она чудо как хороша. Я сделаю её своей наложницей. А ты станешь евнухом в моём гареме.

М-да. Хреновый из тебя дипломат, твоё ханское величество. Слишком уж ты высокого о себе мнения и низкого об окружающих. И причина наверняка в том, что тебе известно, как ногаи едва не прибрали меня в прошлом году. Полагаешь, что я не сделал из этого выводы? А птички над головой никакие мысли тебе не навевают?

Разумеется, ни о чём таком говорить я ему не стал. В мою задачу не входит злить или оскорблять хана. Вместо этого я активировал новое плетение «Рупор», а когда заговорил, то хотя я и не повышал голос, услышали меня все, находящиеся в радиусе шести с половиной вёрст.

— Великая княгиня Долгорукова не желает лить кровь. Она не враг Крымскому ханству и видит в вас лишь добрых соседей. Дайте только знак, и мы поможем вам выпроводить отсюда турок. Прекратите набеги на южные рубежи России, откажитесь от торговли рабами. И после этого мы станем жить мирными соседями, помогать друг другу и торговать.

— Мне нравятся твои слова о ненужном кровопролитии. Я позволю великой княгине покинуть Азов и уйти обратно в Россию. Даже не стану настаивать на том, чтобы она вошла в мой гарем. Если только она сама не пожелает этого. Лишь о таком мирном исходе может идти речь.

В отличие от меня его слышал только я, ну и ещё его сопровождающий с бунчуком. Плетение всё же не микрофон. Но это и не имеет значения. Главное, что мои слова слышит большинство войска. Сейчас они для них пока ничего не значат. Но после у них появится вес.

— А разве Азов принадлежал Крымскому ханству или Ногайской орде? Город и земли окрест турецкие. Отчего ты желаешь лить кровь своих воинов за то, что не принадлежит тебе, великий хан? Почему намерен прогнать нас из Азова, если там сядет турецкий бей? Что ты получишь взамен? Благосклонность султана? А разве нуждается в ней великий хан?