Выйдя с торжища, парни прошли вверх по улице и вскоре вошли в трактир при гостинице. Небольшой обеденный зал, недалеко от входа за накрытым столом расположились их товарищи. В дальнем углу особняком их командир.

— Докладывайте, — утирая рот салфеткой, приказал Суханов.

— Потолкались по торжищу, в разных местах об Азовском княжестве поговорили. Разок на драку чуть не нарвались, но обошлось. Да только… — начал было и осёкся парень.

— Говори, Лука, не бойся, не осерчаю, — подбодрил Суханов солдата.

Он отправился в это путешествие в сопровождении десятка солдат, переодетых в гражданское платье. Задумка Ярцева по отправке в Азов первых переселенцев легла на плечи Суханова со товарищи. Согласно плану Петра Анисимовича, солдаты должны были вернуться к своим семьям и уговорить их перебраться на новое место. Своей кровиночке-то веры куда больше, чем кому иному.

— Да без толку это, Александр Фёдорович. Не поверит нам никто, — вздохнув, развёл руками парень.

— С одной стороны, ты прав, Лука. Но с другой, ошибаешься. Прав, потому что я и сам сильно удивлюсь, коли в первый год к нам прибудет хоть один беглец. Скорее уж по пути у донцов осядет, чего ему лишние версты на лапти наматывать. Там-то вольница известная. И пахать далеко не всегда надо, хватает и тех, кто с разбоя живёт. Один удачный набег несколько лет кормить станет. А ошибаешься, потому как вода камень точит, и чем больше слухами земля полнится, тем выше шанс, что найдутся желающие до Азова дойти. От брошенных вами камней по воде круги разойдутся, и толк в любом случае будет.

— Сомнительно оно как-то, Александр Фёдорович. Честно скажу, я хочу своих уговорить, потому как верю Марии Ивановне, она слов на ветер не бросает. Но и сомнение имею, что у меня это выйдет.

— Так ведь не ты первый будешь, и уж поверь, не ты последний. Или ты не желаешь? Тогда забудь, просто выберем другого.

— В том, что сумею уговорить батю, сильно сомневаюсь. Но в том, что я прав, уверен.

— Вот и ладно. Обедайте, и будем собираться в дорогу.

— Слушаюсь, — в один голос ответили оба распространителя слухов.

До постоялого двора близ деревеньки, из которой был родом Лука, добрались к вечеру. Условившись о месте встречи, парень поспешил к родному дому, из которого год назад ушёл рекрутом на военную службу.

Сказать, что его переполняло волнение, это ничего не сказать. И дело даже не в том, что, пройдя через жёсткую муштру и горнило сражений, он успел истосковаться по дому. Поначалу-то было, но заботами недремлющих и не знающих жалости десятников мысли о доме и любимой быстро выветрились из его головы.