Эпилог
Несколько лет спустя
— Мама, супик!
Боже мой, она ложку взяла.
Метнулась к дочке, подхватила ее на руки и бросила на стол деревянную ложку. Инна посмотрела, как та рухнула в ее суп — старый горшок из-под цветов, и в нем намешаны гладиолусы с пампасной травой.
И комары.
Я всего на две минуты на телефон отвлеклась, а этот доморощенный повар уже натворила дел.
— Инна, — протянула с укоризной и всмотрелась в ее беленькое и такое внимательное личико. Лишь губы ярко-розовые, и нет предела моему восхищению, но я строга. — Кто гладиолусы вырвал и бросил в суп? Мама старалась, высаживала их, а ты…
— Вырвала поиграть, — закончил за меня Данил. Муж сзади приблизился, обнял крепко, за бедра. — Чего там наша хулиганка? Давно по попе не получала?
Боже, как я соскучилась. По Дану, по его голосу, хрипловатому и насмешливому. Я оторваться не могу от наших переписок, от его фотографий, что он присылает, когда на работе и мы не вместе.
— По попе? — переспросила дочка.
Инну ни разу не шлепали, она смеется и смотрит на Данила влюбленно.
Мой. Моя.
Так всегда будет, это я знаю. Сломать бетонную стену телом своим и через нее пройти — ерунда. Я все круги ада на себе прочувствовала, прокрутила. А теперь счастлива безумно, безусловно, навеки, я любимая жена, мать двоих детей. И жизнь прекрасна.
— Ты вовремя, — отпустила Инну и обернулась, кратко чмокнула мужа в щеку. — Ужин готов.
— Где Илья?
— За домом мяч гоняет. Илюш! — позвала, — папа приехал.
Сначала из-за угла вылетел мяч, а потом и сам Илья — с грязными коленками, с улыбкой до ушей. Инна от радости взвизгнула, она старшего брата обожает. Рвется с ним поиграть, и дома они шалаш под столом строят, бегают с пистолетами, мягкие игрушки наряжают в костюмы Данила — дочка в таком восторге от всего этого, что ее по вечерам спать не уложить, хочет играть с Ильей.
— Голодный? — потрепала по волосам подбежавшего сына. — Иди мой руки. Сейчас ужинать будем.
— Здарова, бандит, — Данил по-мужски пожал руку Илье. — Соскучилась, малышка? — муж подхватил на руки Инну, прижал к себе. Вместе зашагали к дому, я улыбаюсь и на сына смотрю, на дочку.
Иногда кажется, что Данила она любит сильнее, он для нее божество какое-то, повелитель мира. Даже Илья так не привязан к отцу, а Инна…
Я никогда не забуду тот день, когда поняла, что беременна. Мы столько лет пытались зачать ребенка, и у меня не получалось, я верить перестала, что это возможно. Но это случилось, и я помыслить не могла, что все реально. Внимания не обращала на тошноту по утрам, пока не упала в обморок прямо в ванной.