— Ну чего вы смеетесь? — проворчал он, отодвигая вазу с недоеденным мороженым. — Как смешно! Невероятно просто, как смешно!

И подумал, что бы с ним было, если бы он заехал по лбу ложкой какому-нибудь другому королю. Да хоть тому же Александру. Еще смешнее было бы…

— А ты предпочел бы, чтобы я тебе процитировал Уголовный кодекс, раздел особо тяжких? — простонал король, наклоняясь за ложкой. — Оскорбление короны, статья третья, пункты ар и вэй… — Он взвесил на ладони ложку и добавил, все еще посмеиваясь: — Да, пожалуй, на вторую не потянет, убить такой ложкой невозможно… Знаешь, Кантор, может, характер у тебя действительно не самый мягкий, но по крайней мере с тобой весело.

— Я счастлив, — ядовито отозвался Кантор, — что имел честь вас развеселить. Могу я теперь с чистой совестью пойти домой?

— Ты что, в самом деле обиделся? Перестань, я вовсе не намеревался тебя обидеть.

— Понятное дело, вы намеревались организовать запасной вариант на случай, если я упрусь и ни в какую не стану соглашаться на ваше предложение. Ну валяйте, желайте теперь, чтобы я согласился. Долг чести, все такое… Только мне вот интересно, сами вы после этого сможете доверить свою жизнь человеку, которого обманом наняли в телохранители?

— И не подумаю, — качнул головой король, расправляя салфетку и вытираясь тщательнее. — В смысле желать не подумаю. Я затеял этот спор вовсе не для того, чтобы иметь запасной вариант. Во-первых, я, кажется, уже упоминал, что не рассчитывал на столь категорический отказ. Во-вторых, я уверен, что ты все равно согласишься сам, разумеется поломавшись предварительно для приличия. Если тебе интересно, это вообще был экспромт, и поспорил я с тобой просто из любопытства, сумею ли я тебя подловить и сколько ты можешь слопать мороженого. Кстати, тебе плохо не станет? Ты не поэтому случайно вдруг заторопился домой? Как ты себя чувствуешь?

— Да нормально, — проворчал Кантор. — С чего это вы вдруг забеспокоились?

— Вспомнил, как Орландо в детстве на спор съел целый торт и как ему после этого было нехорошо. Паршивец Элвис хотел его надурить, примерно как я тебя, на размерах, но вмешался я, и размеры пришлось уточнить. Тогда Элвис постарался организовать, чтобы в этот торт напихали побольше масляного крема, и, хотя все равно проспорил, утешался лицезрением зеленой физиономии противника. А Ринальдо и Коррадо все порывались настучать ему по шее, но не успели.

— Понятно…

— Что тебе понятно?

— Где вы так насобачились пари заключать. С детства практиковались?

— В целом верно. Кузен Элвис очень любил изгаляться над всеми остальными, за что все остальные на него обижались.