— Если все так плохо, я разбужу Жака и попрошу что-нибудь тебе на опохмел…

— Смотреть на нее, проклятую, не могу… — поморщился Элмар и сделал еще шаг. Тяжело и медленно. Его лицо при этом перекосилось так, что Жак бы непременно испугался, увидев этот кривой оскал, а Кантор не на шутку встревожился. С обычного похмелья отважного героя так не корежило… что же с ним случилось?

Как бы подтверждая его опасения, Элмар сделал еще один шаг, обвел взглядом комнату, тихо выругался и опустился на колени. Затем, прежде чем Кантор успел подскочить и чем-то помочь, с глухим стоном рухнул плашмя, не сгибаясь, как падает палка или доска.

— Элмар! — вскричал Кантор, быстро приседая рядом и пытаясь ощупать поверженного героя. — Что ж ты молчал⁈ Ты что, ранен? Что случилось?

— Не трогай! — предостерегающе рыкнул тот, не шевелясь. — Все нормально!

— Ни хрена себе нормально! Когда все нормально, на полу не валяются! Не выпендривайся и не геройствуй, объясни, что с тобой, и быстрее, пока в сознании.

— Успокойся, — проворчал Элмар, не поднимая головы и пытаясь выровнять дыхание, которое так и норовило сорваться на стон. — Сядь и не трогай меня, я цел и невредим… Просто лечь больше некуда… Да не трогай, тебе говорят, тханкварра, без тебя тошно…

— Это ты успокойся, — потребовал Кантор, послушно отстраняясь и усаживаясь рядом на ковер. — Перестань хамить и объясни толком, что у тебя болит и как я могу тебе помочь.

— Никак, — неохотно признался поверженный герой. — Демоны б драли этот кабак…

— А что случилось в кабаке?

— Сквозняк там… — проворчал принц-бастард. — И как я вечно умудряюсь среди лета спину простудить…

Кантор вздохнул и принялся методично, по-королевски расспрашивать перекошенного от боли героя, что все-таки произошло с ним и с его спиной. Из неохотных и часто односложных ответов удалось выяснить следующее. Поняв, что Кантор стал полностью непригоден как собутыльник, Элмар отправился шляться по городу, дабы продолжить веселье с кем-нибудь еще. О том, что пить он начал не от веселья, а от огорчения, его высочество к тому моменту забыл. Где-то в городе он встретил своих друзей, графа Орри и кавалера Лавриса, с которыми и забрел в симпатичный с виду полуподвальчик, где подавали весьма замечательные вина. О том, что сквозняк там тоже был весьма замечательный, пьяный варвар как-то не подумал. Ну в самом деле, можно ли такому герою опасаться каких-то там сквозняков? За тем же столом он и уснул, поскольку пить начал намного раньше, чем его приятели. А когда проснулся и попытался встать, до его высочества с запозданием, как до гоблина, дошло, что он был катастрофически неправ. Усилием воли Элмар заставил себя разогнуться и встать, не подавая виду, чего ему это стоит, попрощался и поплелся домой. Через два квартала, поняв, что добираться домой для него равносильно подвигу, доблестный паладин прикинул, куда будет ближе всего, и направился к Жаку. И теперь тихо стонал и проклинал свою самонадеянность и непроходимую тупость, что никоим образом не улучшало его самочувствия.