— Я не помню… — угрюмо ответствовал товарищ принц, уличенный в нарушении обещаний. — Чего я сюда приперся и как я вообще сюда попал. И сейчас очень хочу отсюда уйти и совсем не хочу ни с кем разговаривать, а уж тем более что-то объяснять. И удерживать меня насильно…

— Что ж, если хотите, я вас отпущу. Под честное слово, что вы вернетесь, когда успокоитесь, чтобы обсудить все, что вас так тревожит. Хотя у меня есть сомнения, можно ли доверять вашему честному слову, и подозрения, что, оказавшись на свободе, вы немедленно опять напьетесь.

— Не напьюсь, — так же мрачно пообещал Пассионарио. — Мне нечем. Выпил все, что было. Но вернуться я вам не обещаю. Не хочу. Вообще ничего не хочу.

— Так-таки совсем ничего?

— Ну может быть, распустить войско и повеситься.

— В таком случае вы никуда не пойдете без сопровождения, пока это депрессивное желание вас не оставит.

— Хорошо, я возьму с собой Кантора. Я вам его потом верну… если он захочет.

— Не отпускайте! — подал голос король. — Сейчас он еще и Кантору наплетет невесть чего, а с того станется поверить.

— По-твоему, я лгу? — оскорбленно вскинулся принц. — Ты смеешь обвинять меня в обмане, чтобы скрыть свои…

— Мне нечего скрывать! Это ты позорно сбежал, как последний трус, даже не сказав толком, что такого вспомнил! А теперь оскорбляешь меня непонятными претензиями, по-прежнему не объяснив причины. Мэтр, не смейте его отпускать. Даже если вам кажется, что так лучше, я ваш король, в конце концов, и я вам приказываю. Ни шагу отсюда, пока не разберемся. Жак, ты не возражаешь, если мы займем твой кабинет?

— «Мы» — это кто? — уточнил Жак, ошалело взирая на разгорающийся скандал.

— Мы — это я, мэтр Истран, Орландо… и Мафей, его сон тоже относится к делу.

«Мы с Жаком, значит, к делу не относимся, — недовольно подумал Кантор. — Что за дела здесь творятся? То ли дорогой вождь и вправду допился, то ли король что-то крутит…»

— Да занимайте, конечно, только я не понял… — Жак поднялся и поправил распахнувшийся халат. — Что вы такого сделали нашему дорогому гостю, что он так на вас набросился?

— Вот это мы и будем выяснять, — сообщил король. — А вы посидите пока здесь, займитесь чем-нибудь и не мешайте нам. Элмар, лично на тебя возлагаю ответственность за то, чтобы никто не подслушивал. Особенно Кантор.

Кантор, который именно это и собирался сделать, притворился, будто он вообще глухой. И тупой заодно. Ничего не слышал, ничего не понял и ничего по этому поводу не подумал. Хотя на самом деле ему было чрезвычайно интересно, что такого увидел в своем пророческом бреду товарищ Пассионарио. Ведь именно из-за этого он и сбежал, и напился, и обозвал короля предателем… не просто так, ой не просто так наш вещий вождь не желает разговаривать со своим приятелем Шелларом! Но раз уж такой расклад, пошел бы к Амарго, что ли, а то первым делом взял и нажрался, хоть ему и нельзя.