— Тханкварра! Я забыл! Какая же я свинья! Шеллар, одолжи мне коня, срочно!

— Блин! — простонал Жак. — Еще и про цветы забыл! Хоть Тереза и не отмечает «языческие праздники», но такое невнимание, да еще вкупе с грязной гостиной…

— Какие цветы? — пытался выяснить Кантор.

— Коня мне, коня! — не унимался Элмар.

— Да конь тебе на что? — одернул его Жак. — Сейчас я возьму денег, выбежим да купим цветов.

— Сегодня День Радости Мааль-Бли, — пояснил король, игнорируя стенания кузена и обращаясь персонально к Кантору. — Это наш ортанский праздник, в Мистралии его то ли не отмечают, то ли отмечают в другой день, потому ты и не знаешь. В этот день принято дарить цветы любимой женщине, причем с утра, в момент пробуждения. А дамы, со своей стороны, дарят мужчинам свою любовь, прямо тут же, с утра. Во славу богини, так сказать. А особо почитающие еще и в храмы ходят. Вот, полюбуйся на этих оболтусов, ведь забыли! И если Жака еще можно простить, то Элмар заслуживает всяческого порицания. За пьянками забыть о своей несравненной возлюбленной!

— Шеллар, — уже чуть не плача, повторил первый паладин, — дай мне коня со своей конюшни! Я потом верну!

— Да зачем тебе конь? — не мог понять Жак.

— За ромашками поехать, — негромко объяснил Кантор, который на месте Элмара тоже не стал бы бежать в цветочную лавку. — За город, в поле. Где ты в городе купишь настоящие полевые ромашки?

— В Королевском ботаническом саду в Эгине, — проворчал шут и тут же горестно заломил руки, увидев появившийся телепорт. — Ну вот, теперь я не только гостиную убрать, но и цветов купить не успею!

— Успокойся! — оборвал его король. — Я сейчас прикажу доставить тебе цветов. Какие именно любит Тереза?

— Фиалки.

— Ну и замечательно, пошлю кого-нибудь из придворных за фиалками.

— Вы что, больные? — проворчал Элмар. — Вы надеетесь купить цветов утром, в День Радости Мааль-Бли?

— Купят, — пообещал Шеллар. — А не купят, так нарвут. Достанут, в общем, если дорожат своим местом. А насчет гостиной объясни Терезе, что у тебя особенная работа, которая предполагает, что ты должен бросать все и мчаться сломя голову всякий раз, как ты мне нужен.

— Я уже объяснял, — вздохнул Жак. — Не помогает.

— А нечего было этим обстоятельством злоупотреблять, — наставительно заметил король, знавший своего шута как облупленного и не сомневавшийся, что лентяй Жак пользовался своей «особенной работой» в качестве отмазки от домашних дел столь часто, что Тереза перестала этой отмазке верить. — Хорошо, я пришлю пару слуг помыть тебе посуду.

— Шеллар, так что же насчет коня? — не унимался безутешный Элмар. — Сам-то ты наверняка не забыл, а теперь издеваешься!