— Как уже верно заметил товарищ Амарго, — жестко произнес генерал Борхес, сразу подобравшись, словно перед дракой, — трусов среди нас нет. И я поведу войско в бой, даже если у нас не будет никаких шансов.

— Таков путь воина, — добавил Гаэтано, тоже мгновенно оставив свой насмешливый тон. — И нам легче повести солдат на смерть и умереть вместе с ними, чем удрать, даже не пытаясь сражаться.

Предводитель обвел взглядом своих военачальников, одарив каждого персонально своей знаменитой улыбкой, и произнес:

— Я знал, что могу на вас рассчитывать. А теперь оставим это неуютное место и вернемся на базу, к нашим делам. Их у нас невпроворот.

Когда военачальники покинули хижину, куда вернул их телепортом товарищ Пассионарио, а вслед за ними вышли полные почтительного трепета охранники, дон Аквилио задержался в дверях, поколебался, затем решительно захлопнул дверь за ушедшими и обратился к шефу:

— Товарищ Пассионарио, можно вопрос?

— Я вас слушаю, — отозвался Пассионарио, бросая на стол шляпу. — Что вы хотели?

— Я слышал, что Кантор нашелся и что он жив. Это правда?

— Правда. Это не слухи, это я сказал. Я его нашел. А что?

— Он… — Начальник охраны снова замялся. — Он к нам вернется? Я имею в виду, он… с ним…

— Вернется, — заверил его Пассионарио. — Хотя его здорово потрепали, калекой он не станет, если вы это имеете в виду. Как только поправится, так и вернется.

— А нельзя ли, когда он вернется… куда-нибудь его перевести?

— Перевести? — удивился предводитель. — А почему? Что не так? Он вам чем-то не подходит или?..

— Нет, но… Понимаете, получается, что я его самым бесчестным образом подставил. И хотя я, конечно, не знал, чем это для него обернется, все же…

— Да не беспокойтесь, дон Аквилио. Кантор не имеет понятия, что вы могли отказаться, когда у вас попросили человека для охраны. Он и не подумает в чем-то вас обвинить и даже обижаться не станет.

— Возможно, и не станет. Но мне будет очень неловко с ним общаться после этого, так как я перед ним виноват, как ни поверни.

— Не переживайте вы так, — утешил его Пассионарио. — Я подумаю над этим. Может, вы с ним поговорите, объяснитесь и договоритесь забыть об этом инциденте. А может, товарищ Амарго опять заберет его в свою группу, если не договоритесь.

— Следовало бы, — проворчал Амарго. — Вам разве можно людей давать?

Окончательно добитый этим заявлением, дон Аквилио поспешил удалиться, а Амарго, криво усмехнувшись, поинтересовался:

— Ну и как тебе наши воители?

— Они нам навоюют, — печально согласился товарищ Пассионарио, легко вскакивая на свой табурет. — Чего-то подобного я и ожидал. Как же, отступать — позор и бесчестье! Лучше положим все войско и погибнем как герои. Ну их к демонам. Пусть, конечно, думают, но я лучше еще к Шеллару наведаюсь, посоветуюсь.