— Закон, — вспомнил Хаджар. — для этого требуется обладать Законом.
— И Законом тоже, — согласился Эваалел. — но, опять же, генерал, мне известны, как минимум, почти шесть с половиной десятков обладателей силы Божественного Воителя первого ранга, среди которых наберется двадцать, может двадцать два тех, кто владеет Законом.
Хаджар сделал в памяти очередную зарубку. Учитывая, что во всей стране бессмертных проживало несколько миллионов этих самых бессмертных, то тот факт, что среди них набралось всего около шестидесяти тех, кто находился на пике силы — все это делало данный регион даже более концентрированным, чем чужие земли.
Не говоря уже о том, что постигших Закон «всего» два десятка. Да уж, сперва Хаджар, будучи жителем Земли, долгое время привыкал к масштабам Безымянного Мира — его бескрайним просторам и бесчисленным миллиардам тех, кто населял регионы смертных. Теперь же ему было никак не привыкнуть к, в какой-то степени, миниатюрным размерам Страны Бессмертных.
Вот такой вот парадокс.
— И ни один из них, — продолжил глава Золотого Дома. — пока еще не вознесся на Седьмое Небо, хотя половина была бы не прочь.
— Только половина?
— Не каждому интересно становиться, так сказать, — Эваалел посмотрел на склонившего голову Харлима. —слугой. Особенно это не интересно, после того как ты десятки эпох находился на вершине пищевой цепи, вершил судьбы и повелевал иными адептами.
Звучало более чем логично. Причем для любого из регионов. Те, кто решал остаться на достигнутой ступени и почивать на лаврах, обитали как в количествах, так и в империях, да и в Чужих Землях их было более чем достаточно.
Чего уж говорить про страну бессмертных. Добраться сюда, пройдя через моря крови и океаны пота — уже свершение, достойное песен. А чтобы подняться выше… Хаджар не мог бы ответить искренне на вопрос, отважился ли бы он сам на такой подвиг, если бы не необходимость.
Да его уж там… если бы не та самая необходимость, он бы и сюда не пришел. Смертный регион Безымянного Мира был так велик, что даже эпохи не хватит, чтобы весь его пересечь и увидеть все красоты и таинства, познакомиться с множеством культур и народов.
Мечта маленького, глупого принца. Бегать, чувствуя ветер, наперегонки с облаками и увидеть все то, что прежде было от него сокрыто за стенами больничной палаты.
Хаджар схватился за голову.
Опять заболела…
* * *
Он сидел на холме с которого открывался вид на долину. Постепенно сбрасывая покрова ночи, мир начинал пробуждаться под ласковым прикосновением рассвета. Первые утренние отсветы пробились над горизонтом, осторожно проглядывая сквозь пелену темноты, словно не желая пробуждать мир от дремоты. Солнечные лучи, нежные и золотистые, заиграли на фоне пейзажа, освещая бескрайние просторы лугов, простиравшихся до самого горизонта.