ярмарку Белой Луны — время, когда травники, пасечники и ремесленники съезжались, чтобы обменяться товарами и сплетнями. Элиан всегда ждала этого дня, но в этот раз её сердце билось в неровном ритме тревоги. — Ты уверен, что хочешь пойти? — спросила она, поправляя на Каэле широкий дорожный плащ с глубоким капюшоном. — Люди... они не всегда добры к тем, кто выглядит иначе. А ты всё еще светишься, когда злишься. Каэль усмехнулся, перехватывая её руку и целуя ладонь. — Я буду воплощением кротости, обещаю. К тому же, кто-то должен нести эти тяжелые корзины с твоей чудодейственной мазью. Дорога к деревне заняла пару часов. Чем ближе они подходили, тем громче становился шум: крики зазывал, ржание лошадей и звуки волынки. Элиан старалась держаться поближе к Каэлю, чувствуя, как он напрягается под взглядами прохожих. Его рост, прямая осанка и слишком правильные черты лица притягивали внимание, как магнит. На площади пахло жареными каштанами и свежей выпечкой. Элиан разложила свои припасы: мешочки с сушеной лавандой, флаконы с настойкой лунного корня и мази от ожогов. Каэль стоял рядом, скрестив руки на груди. Он выглядел как грозный страж, охраняющий сокровище. — Смотрите-ка, ведьма с края леса нашла себе кавалера! — выкрикнул толстый мясник из соседней лавки, вытирая руки о грязный фартук. — Эй, парень, ты уверен, что она не опоила тебя приворотным зельем? Уж больно ты на человека не похож, больно породистый! Вокруг раздались смешки. Элиан почувствовала, как пальцы Каэля сжались в кулаки, а воздух вокруг него стал стремительно холодать. — Не надо, — прошептала она, накрывая его руку своей. — Они просто невежественны. Не трать на них свою магию. Каэль глубоко вздохнул, заставляя внутреннюю бурю утихнуть. Он посмотрел на мясника — холодным, пронизывающим взглядом, от которого у того мгновенно пропало желание шутить. — Она не использовала зелий, — спокойно произнес Каэль, и его голос разнесся по площади, заставив людей притихнуть. — Она просто открыла дверь, когда я умирал. А вы, мастер, судя по запаху вашей лавки, скоро будете нуждаться в её мази от загнивающих ран. Советую быть вежливее. Мясник поперхнулся и поспешно отвернулся. Остаток дня прошел спокойнее, но Элиан видела, как Каэлю тяжело дается пребывание среди толпы. Для него, привыкшего к чистоте лесных энергий, людские эмоции были слишком шумными и грязными. Когда солнце начало садиться, они отошли к окраине ярмарки, где на холме стояло старое дерево желаний. Люди привязывали к его ветвям ленточки, надеясь