сменилась низкорослыми кривыми соснами, а затем и вовсе исчезла, уступив место бескрайним равнинам, покрытым сизым инеем. Элиан, привыкшая к мягкому шепоту своего сада, теперь куталась в тяжелый подбитый мехом плащ, который Каэль раздобыл у лесных кочевников. — Дыши медленнее, — наставлял он, придерживая её за плечо, когда они взбирались на очередной каменистый хребет. — Север не любит суеты. Он забирает дыхание у тех, кто спешит. Каэль здесь менялся. Его кожа стала почти прозрачной, а в волосах запутались снежинки, которые не таяли. Он больше не выглядел домашним; здесь, среди льдов, он возвращал себе облик древнего божества, сурового и прекрасного. Но каждый раз, когда он смотрел на Элиан, его взгляд теплел, напоминая тлеющие угли в камине. Однажды ночью, когда метель снаружи завывала, как раненый зверь, они укрылись в неглубокой пещере. Каэль не стал разводить обычный огонь — дерево здесь горело неохотно. Вместо этого он вонзил свой терновый посох в лед, и из сухих ветвей вырвалось призрачное голубое пламя. Оно не дымило, но согревало саму душу. — Тебе страшно? — спросил он, протягивая ей кусок подсушенного хлеба. Элиан прижалась к его боку, чувствуя, как от него исходит едва уловимый аромат озона. — Страшно не за себя, Каэль. Страшно, что холод победит. Я вижу, как угасают твои силы, когда ты тратишь их, чтобы согреть меня. — Ты — мой костер, Элиан, — он обнял её, укрывая полой своего плаща. — Без тебя я бы просто слился с этим льдом и забыл, зачем я здесь. Он замолчал, вслушиваясь в вой ветра. — Завтра мы пересечем Черную Реку. Это граница моих истинных владений. Там магия Ордена Терна больше не властна, но там проснулись Древние Тени. Они чувствуют Сердце, которое я несу в своей груди, и они голодны. Элиан взяла его за руку. Её пальцы были покрасневшими от холода, но хватка оставалась крепкой. — Мы пройдем. У нас есть то, чего нет у теней — мы есть друг у друга. В ту ночь им обоим не спалось. В глубине пещеры слышался странный шепот — это горы узнавали своего лорда и требовали дани. Каэль всю ночь не выпускал руку Элиан, словно боялся, что если он отвлечется хоть на миг, северный ветер унесет её, как сухой лепесток. Утром, когда они вышли наружу, перед ними открылась панорама Ледяных Чертогов. Огромные пики, сверкающие, как алмазы, вонзались в черное небо. Где-то там, в самом сердце этих гор, находился пустой алтарь, ждущий своего Сердца. И Элиан поняла: это путешествие — не просто дорога к цели. Это испытание их любви на прочность в месте, где всё