Глава 4
«Сколько можно терпеть, так и помереть можно» — спокойно подумал Серёга и поехал домой на общественном транспорте. Пресловутый конверт, знатную свою добычу, свою прелесть он сунул спереди за пояс джинсов и накрыл футболкой. В метро, если и шарят по карманам или сумкам, в промежность чай не полезут, не совсем уж отолерантились. Терпежу не было не в смысле физиологической потребности, а по поводу содержимого конверта, заткнутого за пояс на манер волыны. В Еманжелинске некоторые особо запонтовавшиеся кадры любили показать рукоять пушки, торчащей над обрезом джинсов. Причем чаще всего стволы были пневматическими, на крайняк — травматы. Но Серёга понимал — иногда лучше потерпеть, чем обделаться прилюдно. А еще он помнил, что Серый, его двоюродный брат и временный сосед, сегодня пашет в ночь, то есть по приезду Серёги на хату, он еще будет дома, значит надо набраться сил и еще потерпеть.
Глупее всего ситуация, когда хапнул куш, а потом по дури запалился. У них в городе половина преступлений раскрывалась в салоне мобильной связи. Как где кого гробанули, опер шел в салон и поднимал историю продаж дорогих мобильников за этот день и на следующий. Потом просматривалась камера видеонаблюдения, и опачки! — клиент анфас и в профиль на мониторе. Кто-то из читателей нам не поверит, мол не мог Серёга так долго терпеть и не пытаться пересчитать содержимое конверта, враки это всё! Согласны — не мог. А теперь может. Два дня усиленных тренировок, заставляющих вести себя спокойно, думать усиленно, а двигаться плавно, что-то изменили в характере или открыли в нем новую грань. Если так будет и дальше, наш герой научится не чесаться прилюдно, а то и сморкаться в платок. Хотя вряд ли, небось перед нами реальная история из жизни, а не научно-фантастический роман.
Серёга и не предполагал, что в это самое время над его ситуацией размышляла куча народа, доселе друг с другом незнакомая. Хотя вполне мог бы догадаться. Самым несчастным был важняк, который вел доследственную проверку по двум фигурантам, а проще говоря, вел парочку бизнесмен-чиновник к задержанию с поличным.
— Суки, как так⁉ Верняк же был! Уроды! Ненавижу! — уродами и самками собаки следователь по особо важным делам с профессиональной трансформацией сознания называл своих помощников и прочих исполнителей, то есть силовиков из приданного подразделения ОМОН, участвовавших в маски-шоу. — Это какими надо было быть дибилами, чтобы потерять конверт с деньгами, на их глазах и под запись переданным от одного фигуранта другому! Ну вот же, вот же всё видно! — следак, он же важняк, в очередной раз отмотал запись и начал смотреть, как один долбаный бизнесмен вытаскивает конверт и кладет на стол. Вообще уже ничего не боятся твари, не шифруются нихрена! Вот второй долбаный чиновник министерства берет конверт и кладет в свою сумку. А дальше всё, дальше никто к ним не подходит, никто из них не прикасается к сумке, наглые твари продолжают о чем-то беседовать.