— Держись, Серёга! Найдешь такую же.
— Такой больше нет. Даже искать не буду. Видимо, пришла пора повзрослеть, куплю взрослую машину. А эту буду просто помнить. У меня её фотки остались. Акула, я тебя любил.
— Что, милок, погорела твоя колымага? Чай, не последняя, плюнь и разотри, — за спиной Серёги стояла старушка с добрыми понимающими глазами и слегка улыбалась смешным Серегиным мыслям.
— Марья Ильинишна, здравствуйте! Видите, как оно! Вон чего. А я так… она ж мне вот где — поток бессвязных слов начинающего Истинного лился как слезы из глаз ребенка, безвозвратно потерявшего любимую игрушку.
— А и ничего, утешься. Зато спутница твоя рядом за тебя переживает искренне, вона городовые на что дуболомы, и те тебе соболезнуют от души. Видать, и им твоя колымага нравилась. Серёга, не пропащий ты человек, раз тебе люди сочувствуют искренне. Это и цени. Жизни людские да отношения человеческие важны, а не железки эти ваши.
— Спасибо, Марья Ильинишна, умеете вы успокаивать. Сами-то как? Костлявая не пристает больше?
— А она и раньше мне не мешала, мы с ней навроде как подружки уже, не первый год трется, привыкли друг к дружке. Кстати, видела тебя давеча, смотрела, как ты в прятки тут напротив моего дома играешь. Вроде взрослые люди, а всё играетесь. Или вы всерьез?
— Это ночью, что ли? Да там всё сложно — то ли на деньги играли, то ли совсем всерьёз.
— Ладно, захочешь лясы поточить, знаешь, где я собакена своего выгуливаю, придешь. У тебя вона, своих пока дел мешок и горсточка. Всего хорошего. — И старуха Трубникова, старейшая Истинная Москвы пошла по своим старушечьим делам, не путаясь под ногами деловых и энергичных молодых людей.
А Серёга остался договариваться по времени и дате похода в полицию и МЧС для оформления документов. Ему же еще снимать машину с учета, опять-таки огрызок забирать и кому-то продавать надо, пока штраф за разбрасывание мусора в центре города не впаяли. Судя по состоянию, тут даже колеса тронуты жаром, пачкаться в копоти в центре города ради содержимого багажника тоже не хотелось. Несколько минут повтыкаться в экран смартфона, и вот тебе результат: есть номер эвакуатора, есть контакт фирмы, скупающей автолом. Самое удачное, что продаст свою любовь в утиль Серёга даже дороже, чем отдал бы за эвакуацию остова машины. Сомнительная прибыль, но всё лучше, чем никакая. С убитого Мерседеса хоть шильдик на продажу.
Глава 14 И снова Чистые Пруды
Возвращались молодые люди в Серегину квартиру на метро. Причем было заметно, что Рыбке такой способ передвижения по городу в диковинку. Но у Серёги всегда в кармане есть место для НЗ, то есть бумажных денег и транспортной карты, он еще не впитал в себя эту московскую привычку идти по жизни с одной банковской картой наголо. Как говорится, в лесу нож полезнее пластика. А топор тем паче. Да и на некоторых улицах некоторых городов тот же принцип рулит. Нет, можно и на такси было доехать, но днем это долго, точнее непредсказуемо в плане длительности поездки. Опять же свежевылепленному как-бы москвичу пока нравилось разглядывать интерьеры московских станций. Уж больно красивые попадаются порой места. Давно живущим в столице примелькалось это чудо архитектуры, а Серёге пока нет.