На план это пока не походило, но в качестве краткосрочной цели прокатывало: найти жильё, купить Айфон, машину, наказать Елену Сергеевну. Почему-то именно её действия нанесли самую серьезную душевную травму Серёге. Участковый — что? От него другого и не ждешь, дал в ухо, и квиты. Но вот так улыбаться и жалиться тихим голосом заслуженной учительницы РФ, а потом орать: «Сученыш, в тюрьме теперь сгниешь!», это по меркам Санталова было за гранью добра и зла. Вот за эту грань он и собирался прогуляться. Только гулять там надо не одному, а с кем-то, еще один пунктик в план.

Мини-отель не так чтобы в самом центре, но вполне себе ничего, Серёге не хотелось валить на окраину, там ему не очень нравилось, не было у домов чего-то такого, что шепчет в ухо, истории не было. Кварталов с высотками-близнецами, таращащимися друг другу в окна, хватало и в Челябе, не за этим он ехал в Москву. Слово ему понравилось от кого-то услышанное — человейники. И человейники — это не просто многоквартирные дома, это высотки, собранные в пучок как морковки на рынке, в которых не вздохнуть свободно, ни чихнуть — сразу локтем в другого человека воткнешься. Ну или он тебе в ребро свой локоть сунет не от злобы, а от тесноты. Нет, такого ему не надо.

Четыре тысячи в сутки за номер и никаких вопросов на тему источников заработка, чистоты помыслов, сексуальной и музыкальной ориентации. Помнится, одна неслучившаяся арендодательница чуть не в зад ему фонариком светила, выбирая среди кандидатов арендатора поадекватнее. А то еще хлеще: «Я буду приходить в любое время, смотреть, чем вы в моей квартире занимаетесь». Нет, в гостинице тоже приходить будут, но с вполне конкретной целью — уборку делать. И пусть приходят, так можно, так даже нужно! А собственные наволочка и простынь не заплесневеют, когда-нибудь, да пригодятся. Один минус во всём этом — в кино на ресепшене отелей всегда работают улыбающиеся молодые девушки, которые не против позубоскалить с постояльцами, а тут не сложилось. Или в фильмах врут, или Серёга такой неудачник?

Что примечательно, уровень отеля был такой, что с нового постояльца даже не взяли предоплату. «Это они такие расслабленные, или я настолько презентабельный? А что, хорош собой, не напряжен, язык подвешен, опять же две сумки — явно путешественник, а не срань подзаборная.» Мы очень извиняемся за такие непричесанные мысли нашего героя, но уж что есть, чай не с филфака вылетел, а с «Автоматизации производственных линий». И вообще, кто на том филфаке был, может они еще гуще матерятся, чем строители? Просто строителя узнать легко — на нем каска, рукавицы-голянки и перегар в два слоя. А выпускника филфака на кассе Макдака и не узнать никак, так что не будем больше извиняться за Серёгин лексикон, он по современным меркам вообще чуть ли не эталонный.