— Что вы меня крестите, молодой человек, никто вас не принуждает силой, и не кричите! Раз вы такой опытный, что не хотите кредитную карту, то мы вам её не дадим. Пришлём по почте, когда узнаем, где вы прячетесь. Деньги готовы на свой счет вносить?

— Какие деньги?

— Свои. Ну или ещё чьи-нибудь, нам без разницы. Не прячьте ваши денежки по норам и углам… Несите ваши денежки под выгодный процент, — девушка запрыгнула на стол, обмотала вокруг шеи лисий хвост и начала наяривать на гитаре. — На поле, поле, поле Чудес! По-о-о-ле Чудес! В стране дураков!

— Ха, ищи дурака! Мне, тётенька, дебетовую карту, и никаких накопительных счетов я у вас открывать не буду. Хотя и поёте вы зачетно, и под юбкой у вас тоже всё здорово.

— Ну значит, не пролезло, но я хоть попробовала, — девушка спрыгнула со стола и одернула юбку. Гитара и лисий хвост рассосались сами собой. — Нам за каждого выявленного Буратино бонус полагается.

— И много наловили?

— Да нормально. На «корейца» хватило, правда в кредит.

— А кредит в своём банке брали?

— А то. У нас по договору попытка проведения финансовых операций через чужой банк приравнивается к измене Родине.

— Это что, вы тоже Буратинки, только по найму?

— Выходит, что так.

— А сама ты откуда, больно говор знаком.

— Из Верхней Пышмы.

— Ну ничего-ничего, ты мой паспорт видела, — Серёга уже перешел на «ты» со своей почти землячкой. — Так я завтра за картой зайду. К тебе попаду?

— Вряд ли, у нас тут рулетка как в казино. Я тебя не раскрутила, значит завтра кто-то поопытнее начнет крутить. Сергей, скажи по-братски, это из-за трусов? Зря надела?

— Да нет, что ты. Нормальные труселя, мне понравились. Просто у тебя барэ дребезжит, гриф плохо прижимаешь. Небось на нейлоновых струнах училась играть?

— Точняк! А тут металлические выдали, типа клиенту надо резче вливать. Ладно, у меня следующий клиент на подходе. — И девушка присела пониже за стойку, видимо избавляясь от лишнего предмета гардероба.

Кто-то, прочитав описание Серёгиного похода в банк, сходу скажет, что это бред, мол не могли в банке с зеленым логотипом пообещать сделать карту за две недели. А кто-то, наоборот, будет с пеной у рта доказывать, что в банке с названием, похожим на чью-то фамилию, играют исключительно на нейлоновых струнах. Суть-то в другом — на следующий день наш герой стал обладателем заветного пластмассового прямоугольника и был очень доволен статусной, как он считал, штуковиной. Полтора ляма были перекинуты на карту, еще миллион оставил в наличке, памятуя о том, что не все платежи можно светить, и не все продавцы хотят, чтоб Родина знала их звонкие смешные имена. Сам он продавцом становиться не планировал, нечем ему торговать, разве что харизмой своей беспредельной или навыками Истинного. «А ведь это тема! — подумал Серёга — наверняка в этом шумном городе есть те, кто готов заплатить за мои умения и находчивость».