Мэгги сияет так, будто только что выиграла лотерею и одновременно спасла мир.
Она широко улыбается, округляет глаза и с тем же театральным пафосом кивает в сторону парня.
Мол, «ну что, как тебе мой подарок?»
Замечаю, как пакеты в её руках начинают покачиваться вверх-вниз в такт её внутреннему восторгу.
Большие пальцы торчат вверх, изображая жест «класс».
Закатываю глаза.
– Ты чокнутая, – одними губами говорю я, стараясь не рассмеяться.
Мэгги отвечает восторженным кивком – и этим всё сказано.
Она довольна собой. Улыбается во весь рот, будто видит не меня, а голливудскую звезду на красной дорожке.
Блэк стоит рядом, поскуливает, тоже оценивает гостей.
Парень тем временем выключает двигатель, снимает шлем…
Не успеваю даже сделать шаг, как Мэгги – рыжая молния в кожанке – налетает на меня, словно ураган, с криком:
– С днём рождения, Кейт!
Её объятия сбивают дыхание. Воздуха не хватает.
– Спасибо… – выдыхаю я, пытаясь освободиться. – Но может, ослабишь хватку? Неплохо дожить хотя бы до завтра!
Мэгги делает шаг назад, сияет, как лампочка на максимальной яркости.
– Кейт, я так рада тебя видеть! Мы не виделись целый месяц!
Приподнимаю бровь и улыбаюсь:
– М… То есть наши ежедневные разговоры по телефону – не в счёт?
– Конечно нет! – с возмущением восклицает она, размахивая руками. – Это всё равно что сравнивать отношения с реальным парнем… – её взгляд скользит в сторону незнакомца, стоящего у мотоцикла, – …и с вымышленным, из твоих мечтаний.
Подмигивает. Нагло. Как всегда.
Глубоко вздыхаю.
– Началось… – бормочу я, но губы всё равно предательски растягиваются в улыбке.
Блэк стоит рядом, как бдительный охранник.
Парень медленно направляется в мою сторону.
Уверенная походка, прямая спина, подбородок чуть вздёрнут – словно он только что сошёл с обложки журнала «Мужская самоуверенность».
Он бросает на меня оценивающий взгляд – с тем самым прищуром, от которого у девушек обычно начинают подкашиваться колени.
И у меня внутри сразу загорается ред-флаг с надписью:
– Очередной заносчивый придурок.
Стоп… Подожди. Эти глаза… эти черты лица…
– Да не может быть… – прошептала я едва слышно. – Это что, Сэм?..
Удивление, кажется, написано на моём лице крупными буквами.
Тот самый Сэм – брат Мэгги, о котором она вечно болтала. «Заносчивый придурок», «моя головная боль», «лучший брат на свете» – всё это теперь вдруг приобрело человеческие очертания.
Он часто мелькал на заднем плане, когда мы с ней болтали по видеозвонку. Мы обменивались дежурными «привет» и «как жизнь», и на этом наше общение заканчивалось.
– Да ну… – выдыхаю я.