– Это последнее дерьмо на твой праздник, – Ник слегка улыбается, – обещаю, принцесса… в следующий раз ничто не омрачит его.
Тяжело вздыхаю.
– Пойду выполнять приказ, – говорю брату. Поворачиваюсь, чтобы подняться наверх, – и замираю.
Передо мной Сэм.
На нём – только полотенце, небрежно намотанное на бёдрах. Капли воды скользят по его коже, по рельефу пресса, исчезая где-то у линии ткани. Свет лампы вычерчивает каждую деталь – мышцы, плечи, вены.
Ловлю себя на том, что просто стою и смотрю.
Слишком долго.
Просто пялюсь! Ещё немного – и слюна начнёт капать на пол.
Сэм, естественно, замечает это:
– Хорош, да? – ухмыляется, наклоняя голову. – Могу полотенце снять. Гарантирую, там тоже есть на что посмотреть.
Мои щёки моментально вспыхивают.
– Придурок! – выдыхаю. – Загородил весь проход, хрен тебя обойдёшь!
Толкаю его в грудь, успеваю заметить, насколько она твёрдая и горячая.
И бегом наверх.
Захлопываю дверь комнаты. Спина скользит по стене.
Выдыхаю. Потом – улыбаюсь.
Кого я обманываю?
Мне нравится его внимание.
Сэм – первый парень, который не отступил, когда я его отшила.
Первый, кто не испугался моего холодного тона, занудства и усталых глаз.
Я всегда говорила, что отношения – это боль. Что любовь ломает.
Я видела, как отец сломал маму – и поклялась, что со мной так не будет.
Так проще.
Не подпускаешь – не страдаешь.
Нет человека рядом – нет потерь.
Нет потерь – нет боли.
Но Сэм… в нём есть то… от чего внутри меня что-то дрогнуло.
– Боже… о чём я думаю. Совсем слетела с катушек.
Слышу за дверью тихий, жалобный скулёж.
Открываю.
– Входи, Блэк. Соскучился, малыш?
Он осторожно заходит, чувствует, что со мной что-то не так. Я опускаюсь на колени, обнимаю его за шею. Блэк кладёт тяжёлую голову мне на плечо, тихо фыркает.
– Ну что, друг, кажется, наш с тобой одинокий мир нарушен, – шепчу я. – Дом полон голосов. Непривычно, правда?
Он лижет мне щёку – будто говорит: «Я здесь. Всё будет хорошо».
– Странно, – шепчу я. – Но что-то внутри меня даже радуется. Это ужасно, да? Смерть, страх, а я… рада, что не одна. Я просто устала, Блэк. Устала от этой тишины.
Он наклоняет голову, внимательно глядя на меня, как будто действительно понимает.
Говорят, испытания даются человеку по силе.
Значит, я, наверное, слишком сильная.
Потому что мне досталось одиночество – холодное, цепляющееся за кожу.
Все вокруг живут, чувствуют, любят… а я будто просто наблюдаю.
Как будто стою по ту сторону стекла, и всё, что мне доступно, – отражение самой себя.
Я всё время чувствую боль – привычную, тягучую, постоянную.
Говорят, сильные выдерживают всё.