И чем дальше мы едем, тем плотнее сжимается грудь.
Этот мир не оставит нас живыми. Тела, может, и выживут, но души… души почернеют навсегда. Даже если мы продолжим дышать – внутри останется лишь пустота.
А были ли они когда-то светлыми, наши души? Люди ведь всегда носят маски.
Возможно, из всех, кто сидит в этой машине, только Блэк не имеет скелетов в шкафу.
Ник… мой Ник – он не может быть тёмным. Нет, я уверена в нём. Его добрые глаза, то, как он относится ко мне, как любил маму, с каким трепетом смотрит на Мэг… Только не он.
Мэгги… ей ещё предстоит столкнуться с настоящей жестокостью этого мира. Она открытая, прямая, говорит, что думает. Может, и хранит какие-то тайны – но они явно незначительны, почти прозрачны.
А Сэм… он совсем другой. В нём опасность, и именно это притягивает. Он чёрное пламя, к которому я лечу, как мотылёк, не в силах отвести взгляд.
Смогу ли я не обжечь свои крылья? Надеюсь. Потому что иначе – это убьёт не только меня, но и мою веру в людей.
Я смотрю на его профиль – и внутри просыпается трепет. Сотни бабочек бьются в груди. Его голова чуть наклонена вперёд, синие глаза из-под чёрных бровей устремлены на дорогу. Взгляд цепкий, сосредоточенный. Он контролирует даже воздух вокруг.
Желваки едва заметно играют – единственный признак напряжения.
Широкие плечи расслаблены. Рука спокойно лежит на колене, длинные пальцы отбивают лёгкий ритм – будто где-то глубоко внутри него звучит музыка, которую слышит только он.
Не могу отвести взгляд.
В нём есть что-то дикое, первобытное и пугающе-притягательное. Опасность, от которой хочется бежать – и одновременно шагнуть навстречу.
Сердце сбивается с ритма.
Грудь будто сжимают невидимые тиски.
Сэм поворачивает голову. Наши взгляды встречаются.
Зрачки чуть расширяются, уголки губ приподнимаются – не в улыбке, нет… скорее в хищной усмешке, в которой читается понимание. Он видит всё: мои мысли, мой страх, моё желание.
По коже пробегает дрожь.
Мгновение длится всего пару секунд, но кажется вечностью.
Я отворачиваюсь, делая вид, что ничего не произошло.
Но пальцы предательски сжимают край сиденья.
Он снова смотрит на дорогу, словно ничего не было, будто не заметил, как я буквально тонула в его глазах.
А я ловлю себя на мысли, что хочу, чтобы он посмотрел снова.
Блэк кладёт свою тяжёлую голову мне на колени, пытается забрать мой страх на себя.
Дрожащими руками глажу его по тёплой, мягкой шерсти – и это действительно немного успокаивает.
– Всё будет хорошо… – шепчу я.
– Блэк, только воздух не порть, договорились? Я сижу в опасной близости с твоей мохнатой задницей, – сказала Мэг в своей привычной манере.