По крайней мере, я именно так воспринимал антимагию — что-то тяжелое, серое, невидимое.
Эдакое одеяло, которым можно задушить огонь или… развеять магического дракона.
Дзанг!
Копье, встретившись с мордой дракона, накрыло тенью весь мир, и я на мгновенье почувствовал, как исчезает связь с внутренним резервуаром энергии.
А дракон и вовсе брызнул во все стороны матовой мглой.
Внимание! Вы повысили сопротивление к магии на 1 %
Внимание! Вам доступен пакет с уникальным защитным умением: «Тень рода»
— Мы гордимся тобой, Михаил… — от прозвучавшего за спиной хора мгновенно полегчало, и я повернулся к своим предкам.
Вот только… вместо того, чтобы увидеть отца, дядю дедов и прадедов, я оказался… в Академии.
И если раньше зал гудел, словно встревоженный улей, то сейчас в помещении стояла мертвая тишина.
Я скользнул взглядом по удивленным лицам преподавателей и не спеша направился к самому крайнему столу, над которым висела эмблема капюшона.
Еще год назад идти в полной тишине под пристальными взглядами всей академии мне было бы неуютно. Сейчас же я мечтал только об одном — поскорей поесть.
Вот только один взгляд из всех не давал мне покоя. Он сверлил мне затылок словно соседский перфоратор в шесть утра.
И я, не доходя до своего стола, обернулся.
На меня задумчиво смотрел тот самый маг, который… висел перед пульсирующей стелой незадолго до её восстановления.
Но и это было не главное.
Я только сейчас понял, почему он казался мне смутно знакомым…
У левой стены зала, в окружении мальчишек-студиозов, стоял мой бывший завуч и, по совместительству, учитель по литературе — Алексей Александрович.
Глава 3
Сделав себе мысленную пометку обязательно пообщаться с Алексей Санычем, я посмотрел на следующего студиоза.
И если большинство учащихся находились в возрастной категории примерно от четырнадцати до двадцати пяти лет, то этот выглядел значительно старше.
Седые волосы, убранные в хвост, тяжелый взгляд из-под угрюмых бровей и чуть сгорбленные плечи — будто он нес на себе тяжкий груз.
Моя интуиция и Чуйка Воина дружно подсказывали — этот человек опасен.
Причем, он, возможно, опасней деканов факультетов и даже самого ректора! От мага так и тянуло странной вязью Света и Тьмы, жизни и… смерти.
— Интересно, — пробормотал я себе под нос, — каков же размер его личного кладбища…
Не знаю, как я выглядел во время инициации со стороны, но этот маг, казалось, стал полем боя между Светом и Тьмой.
Эдакий символ Инь и Ян во плоти.
Да уж… Вместе со мной за инициацией этого странного студиоза наблюдал весь зал.
Не знаю, что думали студиозы и преподаватели Академии, но лично я поражался, сколько у этого человека внутренних демонов.