Настоящий вулкан, пробудившийся на месте медных шахт, расположенных недалеко от Цитадели…
Сверкающие молнии, и мелькающий среди грозы маг, сражающийся с целым отрядом ксуров…
Кипящая в пустыне стройка и, неожиданно, оазис, с развевающимся над ним американским флагом…
Огромный кракен, с которым, при поддержке береговых войск Крепости, бьется водяной элементаль…
Снежный подъем, по которому, в направлении виднеющегося вдали храма, карабкается парень в оранжевой тунике…
Каменная площадка среди снежных горных пиков, над которой вьется целая стая гарпий…
Армия в сверкающих рунами доспехах, занимающая пограничный город Цитадели, и поднимающийся стяг с вышитым золотом символом «Ом»…
Алексей Саныч, убирающий в Инвентарь шахматную доску и достающий оттуда… букет цветов?
Все эти видения были так красочны, так трогательны, что я чудом остался в коридоре.
Ну а когда червоточина показала мне Красную площадь, по которой шагают центурионы песьеголовых, я чуть было не забыл наказ дракона.
Думаю, меня спасло то, что я шагал, словно робот, отключив ум от управления телом.
Да, таким образом удалось избежать искушения свернуть со своего пути, но из-за этого я чуть было не проскочил проем с голубкой.
Червоточина уже начала растворяться в коридорном сумраке, но я успел уцепиться рукой за дверной проем.
— Вот ты какая, голубка почтовая, — пробормотал я, с восхищением глядя на выточенную из белоснежного мрамора птицу.
И стоило мне сфокусировать на ней взгляд, как передо мной всплыло системное уведомление:
Внимание! Вам доступна отправка одного сообщенияВыберите получателя:Текущая духовная связь:Оут Иванов-ШевченкоРоман ДубровскийМаксим Иванов-ОрловКирилл Иванов-КрудауМихаил Иванов-НиколаичевМилослав Иванов-ДемионовНовый адресат
Выбрав нового адресата, я представил перед собой образ Алексея Саныча и вздрогнул, поймав на себе взгляд мраморной птицы.
Впрочем, в следующий момент я понял, что это включилась запись.
Глубоко изнутри поднималась твердая уверенность, что эта червоточина последняя, и что дальше меня ждет сокровищница номер семь и находящийся там Золотой пьедестал.
А ещё я откуда-то знал, что время замедлило свой бег, и что я могу высказать всё, что накопилось у меня на душе.
И про парней, и про Академию, и про Вторжение, и, конечно же, про Рив.
— Здравствуйте, Алексей Александрович, — я устало вздохнул и, подняв глаза на белоснежный артефакт, начал с главного. — Мне нужна ваша помощь…
Глава 23
Говорил я долго, то сбивчиво перескакивая с одного на другое, то, наоборот, воссоздавая полноценную картину происходящего.