Ну и Первый или главный Претендент с минуты на минуту должен был предстать перед глазами графа Орлова.

Нечто настолько невозможное, что Олло впервые в жизни засомневался в верности своих видений.

И если у него получится, то на Арене окажутся четверо Претендентов, и она наконец-то заработает!

— Рыцарь смерти, готовый на все, лишь бы вернуться и покарать тех, кто покалечил его тело и душу… — оракул бросил в стоящую на огне чашу кость — фалангу указательного пальца.

— Великий маг и полководец, которого всю жизнь готовили к Императорскому трону…

В чашу полетел ярко-алый уголёк.

— Великолепный воин, который вбил себе в голову, что его потолок — королевский гвардеец…

Наконечник арбалетного болта негромко звякнул о дно чаши.

— И Михаил… Чья воля и чувство долга идёт впереди него…

В чашу упал игрушечный ножичек, выточенный из дерева — подарок оракулу от Императора.

— И да откроется Арена! — голос оракула окреп и прокатился, казалось, не только по Первому поясу, но по всему миру.

Олло уже изнывал от предвкушения их встречи и результата финального испытания, после которого и начнется та самая война, которая принесет ему, Олло, долгожданную свободу.

Но для начала нужно было посмотреть, как Михаил справится с Орловым.

Впрочем, оракул, следуя многовековой привычке, не собирался ставить на кого-то одного.

— Собираем войска во всех поясах и секторах. — Олло посмотрел на влетевшее в святилище облачко тумана. — Чтобы спустя шесть часов весь мир был готов присягнуть… Императору.

Южный вход в Арену. Михаил

Я смотрел на князя и не мог поверить своим глазам.

Подавляющая волю аура, тяжелый взгляд из-под нахмуренных бровей, ощущение силы и достоинства — на воротах действительно дежурил князь Иван.

— Михаил? — князь неверяще посмотрел на меня. — Но как?

— Взял одиннадцатый ранг, — я пожал плечами, — правда потом меня закинуло на Порог, но оно того стоило.

— В центральный мир? — князь посмотрел на меня со смесью удивления и зависти. — Но как?

— Княже, — я с сомнением посмотрел на стоящего на воротах мужчину. — Что-то я тебя не узнаю.

— О чем это ты? — глухо отозвался князь, прекрасно поняв суть моих слов.

— Да так, — я не стал говорить ему, что вижу перед собой не князя, а обычного воина, сломавшегося от упавших на него невзгод. — К слову, может быть, отрубишь свою ауру? А то моим товарищам… немного не по себе.

— А ты все такой же наглый, — князь, видимо не понимал, что перед ним стоит не гимназист Миша, а Михаил — Претендент на трон.

— Княже, — мой голос похолодел. — Не вижу причин для твоего уныния. Твоя дочь находится под надежной защитой лучшего мечника нашего мира, сын входит в мою пятёрку и окружен настоящими друзьями. Основанный мной город назван в твою честь. А Громов успешно собирает княжества под свою руку.