— Пожалуйста… я сделаю все, что скажете… только не убивайте… — дрожащим голосом произнесла его связанная жена.

— Все, что скажу? — задумчиво сказал я, поигрывая ножом.

Женщина, встретившись с моим недобрым взглядом, обреченно кивнула. Я увидел в ее глазах страх — ради спасения мужа она была готова на все…

— Тогда… — сказал я, поигрывая ножом, — раздевайся.

По щекам женщины катились слезы, муж отчаянно мычал сквозь кляп.

Полчаса спустя Вы отряхивали руки от волос, разглядывая дело рук своих.

Оба связанных теперь были лысые как колено — Вы побрили их кухонным ножом. А жене парикмахера, помня ее обещание, сделали внизу такую же «прическу», какую ненавидите сами. Око за око, зуб за зуб.

Удовлетворенно осмотрев результат своей мести, особенно уродливую «стрижку» мастера, Вы покинули квартиру.

Выскальзывая за дверь, я успел заметить их ошеломленные лица. Наверняка они не могли поверить, что отделались всего лишь бритьем головы. Уверен, глядя потом на себя в зеркало, этот горе-мастер впервые по-настоящему поймет мои чувства. Справедливость восторжествовала.

На следующее утро, любуясь ясной погодой за окном, Вы решили прогуляться по городу. После недолгих раздумий спустились в метро.

В вагоне Вы листали местный форум на телефоне, как вдруг некрасивая женщина впереди схватила Вас за руку.

— Ты что, меня фотографировал⁈ — завизжала она на весь вагон. — А ну удаляй фотки! И деньги гони за моральный ущерб!

— Мадам, — спокойно ответил я, поднимаясь, — я листал новости про белых медведей.

— Каких еще мед… — договорить она не успела.

Ваш удар поставил точку в дискуссии. Пассажиры вагона сделали вид, что увлечены своими телефонами.

— Давно пора было проучить эту скандалистку! — удовлетворенно произнесла старушка в углу.

Не раздумывая ни секунды, Вы вскочили и начали методично избивать женщину. Закончив, спокойно достали телефон и вызвали полицию.

В отделении вас обоих допросили, но поскольку Вы действовали расчетливо, на теле женщины не осталось явных следов побоев — только ноющая боль.

— Итак, вы утверждаете, что гражданин… э-э… вас избил? — уточнил следователь.

— Да! Зверски! Посмотрите, я вся в синяках!

— Где именно? Я не вижу никаких следов насилия.

— Но мне больно! Везде больно!

— Боль — это субъективное ощущение, — философски заметил я. — Вот вы когда-нибудь задумывались о страданиях белых медведей в зоопарке?

Следователь посмотрел на Вас с подозрением, но Ваша офисная стрижка и деловой вид рассеяли все сомнения.

В итоге Вас отпустили без предъявления обвинений.

Глубоко вдыхая свежий воздух, Вы наконец ощутили его — настоящий вкус свободы. Теперь Вы поняли, почему птицы так любят парить в небесах.