— Все нормы? — я многозначительно прищурился. — Почему пациент без градусника? Ты вообще не читал постановление Великой Светлой Системы? Или тебе кажется, что её волю не обязательно исполнять?

Целитель побледнел ещё сильнее, хотя, казалось бы, куда уж бледнее. Белов же начал судорожно перелистывать страницы блокнота с такой скоростью, словно от этого зависела его жизнь.

— Что вы! — воскликнул глава коллегии, и в его голосе послышалось неприкрытое отчаяние. — Конечно же обязательно, и мы беспрекословно подчинимся каждому её требованию! Но… — он замялся, нервно облизнув губы. — Не могли бы вы продублировать список требований, чтобы я мог прямо сейчас разослать их снова и лично проследить за выполнением?

— Странная просьба, конечно, — я демонстративно прищурился и сложил руки на груди. — Выглядит так, будто бы вы всё-таки не получали список… Вы ведь получали его, Игорь Семёнович?

— Разумеется получали! — торопливо закивал тот, хотя по его бегающим глазам было очевидно, что никакого списка он в глаза не видел, потому что его попросту не существовало в природе. — Просто хотелось бы уточнить некоторые детали, чтобы избежать недопонимания…

— Ладно, скажу, что здесь не так, — смилостивился я. — Почему пациент без градусника? Термометрия является обязательной процедурой при любом осмотре, независимо от характера жалоб.

— Но ведь… — целитель попытался что-то возразить, но встретившись со мной взглядом, сразу осёкся и потупился. — Конечно же, это наша ошибка. Совсем скоро всё исправим.

— Исправите? — я приподнял бровь. — А вы знаете, куда именно следует ставить градусник согласно новым стандартам?

Целитель и глава коллегии переглянулись с одинаково растерянными выражениями лиц, и мне потребовалось всё моё самообладание, чтобы не расхохотаться прямо им в лицо.

— Ректально, разумеется, — авторитетно заявил я, мысленно благодаря маску за то, что она скрывала мою предательскую ухмылку. — Только ректальная термометрия даёт достоверные показания температуры тела. Оральная и аксиллярная методики признаны Великой Светлой Системой недостаточно точными и потому запрещены к применению.

Аристократ, который до этого момента сидел с невозмутимым видом, вдруг заметно напрягся и бросил на целителя такой взгляд, от которого тот, вероятно, предпочёл бы провалиться сквозь землю.

— Простите, — подал голос пациент, и в его тоне прорезались стальные нотки. — Вы хотите сказать, что мне сейчас будут засовывать градусник в…

— Именно туда, ваша светлость, — подтвердил я, кивая с самым серьёзным видом. — Таковы требования Великой Светлой Системы. Надеюсь, вы не станете оспаривать её мудрость?