Я достал из карманов необходимый инструмент, который всегда носил с собой на случай экстренных ситуаций. Скальпели, зажимы, иглодержатели, пинцеты, шовный материал и кое-что ещё по мелочи. Всё это отправилось в металлический лоток, который я нашёл в одном из шкафов, а затем я щедро плеснул туда медицинского спирта из найденной там же бутылки и поднёс зажжённую спичку.

Пламя вспыхнуло синеватым светом и охватило содержимое лотка, превращая спирт в огненную ванну для инструментов. Грач заметно напрягся при виде огня, но ничего не произнёс, только чуть сдвинулся в сторону, как будто готовился при необходимости быстро покинуть помещение.

Фламбирование, старый добрый метод стерилизации, который использовали ещё в девятнадцатом веке и который до сих пор остаётся одним из самых надёжных способов избавиться от патогенной микрофлоры в полевых условиях. Не так эффективно, как автоклавирование, но зато быстро, наглядно и практически гарантирует уничтожение большинства известных бактерий и вирусов. А учитывая, что я собирался иметь дело с анаэробной инфекцией, лишняя предосторожность точно не помешает.

Когда спирт выгорел и инструменты остыли достаточно, чтобы их можно было взять в руки, появился барон. Он вошёл в медблок своей тяжёлой походкой, огляделся по сторонам с видом хозяина, который лично инспектирует каждый уголок своих владений, и без лишних церемоний уселся в кресло рядом с операционным столом.

— Ну что, готов? — поинтересовался он, выкладывая раненую руку на подлокотник.

— Почти. Сейчас проведу анестезию и начнём.

— Какую ещё анестезию? Я же говорил, некогда мне.

— Местную, — терпеливо пояснил я. — Я заблокирую срединный и лучевой нервы в области предплечья, и вы просто не будете чувствовать боль в кисти. Сама процедура занимает буквально минуту, зато потом я смогу спокойно работать, а вы не будете дёргаться от каждого прикосновения скальпеля.

Барон задумался на секунду, потом пожал плечами.

— Ладно, делай. Только быстро.

Я набрал в шприц раствор анестетика и прощупал точки, где срединный и лучевой нервы проходят достаточно близко к поверхности, чтобы их можно было эффективно заблокировать. Две инъекции в область запястья и ещё две чуть выше, в проекции локтевого нерва для полноты картины. Через несколько минут барон с удивлением пошевелил пальцами и констатировал:

— Странное ощущение. Двигаются, но как будто не мои.

— Так и должно быть. Моторная функция частично сохранена, а сенсорная заблокирована. Теперь можно работать.

Я взял скальпель и приступил к операции, которая обещала быть не самой простой, но зато интересной. Некротизированные ткани приходилось иссекать послойно, стараясь не задеть то, что ещё можно было спасти, и одновременно удаляя всё, что уже было безнадёжно поражено инфекцией. Работа требовала точности и концентрации, но я занимался подобными вещами ещё в прошлой жизни и руки помнили каждое движение.