— Майя Дайл, — поднявшись на крыльцо, я подставил ей локоть. — Вчера мы накормили сто восемьдесят человек. Сегодня они хотят не есть, а отлежаться.

— Ерунда, — бабушка Майя стукнула тростью по доске. — Люди работали месяц как проклятые. Пусть гуляют.

— Пусть, — согласился я. — Стол для работников оставим здесь, всем распорядится старший смены, а бочки выкатим из «Старой Бочки». Для этого мы им тут даром не нужны.

Майя прищурилась. Ага, вот оно. У хозяйки уводят из-под носа повод покомандовать, и она уже соображает, как забрать его обратно.

— А сами?

А вот тут меня накрыли воспоминания. В прошлой жизни у меня был один рабочий способ выключить голову после сезона: забрать четверых своих, ящик маринованного мяса и уехать на берег ловить рыбу, жарить шашлык до темноты, пока дым не пропитает куртку насквозь. Мою команду, четверо поваров, с которыми весь год стоял у плиты по четырнадцать часов к ряду.

Здесь у меня теперь тоже была своя команда, и её костяк месяц пахал без продыху.

— А сами выберемся на природу, — я обвёл рукой двор. — Мясо, огонь, вода и ни одного постороннего. Узким кругом.

Слово «мясо» сработало безотказно. Из-под навеса высунулся Бертольд с ножом в руке, от ворот обернулся Гарольд, а Ксения, до этого сидевшая на перевёрнутом ящике с мокрым полотенцем на лбу, разом ожила.

— Шеф, я с вами. Здесь мне ещё три часа объяснять грузчикам, почему я не наливаю.

Я начал перечислять вслух, отмечая каждого пальцем.

— Я. Майя, Морган и Элиза Дайл. Освальд с Бертольдом. Ксения, Леон, Магда и Каталина. Селеста, если её отпустят из дома до полудня. Адриан с Грозеллой. Клэйн, Рейнар и Гарольд. Итого шестнадцать человек вместе со мной.

— Меня записали, — Грозелла подняла руку с бутылкой раньше, чем я дошёл до её имени. — Двести первый воин Винтерскай едет.

Морган Дайл вытер ладони о полотенце и посмотрел на меня осторожно. Последние тридцать лет этот человек отдыхал разве что над бухгалтерскими книгами.

— А куда, господин Винтерскай?

Хороший вопрос. Город для меня состоял из доков, ресторана, пивоварни и дороги к башне алхимика. А куда тут ехать валяться на траве? Понятия не имею.

— Вот вы мне и подскажете. Каждый называет место. Выбираем лучшее.

Первым отозвался Леон и предложил лужайку у Верхнего яруса, где по выходным гуляют семьи с детьми. Магда фыркнула, напомнив, что на этой лужайке в прошлом году поставили три харчевни и теперь там пахнет подгоревшим салом. Клэйн предложил городской парк и осёкся, сообразив, что парк у нас в городе один и зовётся сквером Непокорённых Демонов.