Я тяжело выдохнул:
— Нет. Скорее всего, не стал бы, — признался я честно, чувствуя на языке мерзкий вкус собственного цинизма. — Плюнул бы, подставился под первый же удачный удар элитников и ушел на перерождение в следующий мир.
— Вот поэтому у тебя теперь есть семья, Рагнар. И не думай, что для нас это было просто, –улыбнулась Хель.– Теперь у тебя есть причина сражаться за наш мир. А за девочками мы присмотрим… — ее голос начал таять, а время снова возобновило свой бег.
— … Ты не по годам нагл, ярл! — послышался скрипучий голос Радомира, пытающегося испепелить меня взглядом.
— Это точно, — согласился я с ним. — Все. Понял, принял, осознал. Девочки, мне пора. Здесь вы в безопасности. По крайней мере, пока. Ведите себя хорошо, слушайтесь дедушку Радомира. Жрецов не обижайте. Гелия, — я подошел к имперке. — Все договоренности между нашими родами остаются в силе. Здесь ты в полной безопасности.
Она кивнула, сморщив носик и прикусив губу. Хотела что-то сказать, но видимо передумала. Еще раз кивнула и тихо пролепетала:
— Благодарю вас, ярл.
Наверное, надо было еще как-то ее поддержать. Видно, что девица не в себе. Слишком многое на нее навалилось в последнее время. Настю, подобные события закалили. А Гелия не такая. Слишком мягкая, слишком нежная. Впрочем, не до нее сейчас. Обняв еще раз жен, быстрым шагом, не оборачиваясь, вышел их храма. Меня уже захватил азарт охотника. Безумно хочу найти тех, кто посмел угрожать моим близким. И тогда «Кровавый орел» покажется этим нелюдям детской щекоткой.
Глава 18
Я смотрел сквозь тонированное стекло лимузина на красивый, величественный город, все еще носящий на себе свежие следы недавнего мятежа. Где-то фасады были густо выщерблены пулями и картечью, где-то зиял опаленный и обвалившийся от магического удара угол богатого особняка.
Наиболее пострадавшие здания уже успели опоясать строительными лесами, вот только самих строителей нигде не было видно. Впрочем, как и обычных обывателей. Пока мы были в Храме, Ингвар не стал размениваться на полумеры и, наплевав на возможные последствия, ввел в столице военное положение и жесткий комендантский час.
Нападение на Управление «Ока Одина» и гибель Молчана Нечаева сорвали с Великого князя маску просвещенного монарха, обнажив нутро древнего северного конунга. В город были введены регулярные гвардейские полки и армейские части. Улицы перегородили блокпосты ощетинившиеся тяжелыми магострелами.
Но самым беспрецедентным шагом стал указ о временном ограничении перемещений титулованной знати. Все княжеские, боярские и дворянские роды, находящиеся в столице, были фактически заперты в своих особняках и резиденциях. Ворота их усадеб подперли броневики великокняжеской гвардии.