– А если буду с вами, но подальше? Ну то есть чуть-чуть? Чтобы меня не поймали? Убежать смогу? Или чтобы чуть что – и я не участвовала? Как-то так, – трусливо мямлила девушка, поглядывая виновато на собеседника.

Сэро, не удержавшись, громко расхохотался. Справившись с весельем, школьник подошёл вплотную к перепуганной тихоне и, взявшись за перила по бокам, заключил её в тесную ловушку.

– Слушай сюда, персик наливной! С чего ты решила, что если я беру тебя с собой, то обязательно подставлю? Уже битый час разжёвываю, что прекрасно вижу, на что годишься, а на что – нет. Не будешь воровать ты, повторяю. Задача твоя – отвлекать. Разглядывать товар, притвориться заблудившейся овечкой, попросить помощи, прикинуться дурой – и так далее по накатанной. Блин, столько макулатуры перечитала: не мне тебя поучать, какую роль сыграть! Боишься? Не уверена в себе? Зеркало в помощь! Репетируй. Хочешь – передо мной. Короче: вариантов прокачаться уйма. Было бы желание! Если жертва дёрнется – ты не при делах, потому что тупо мимо проходила, сечёшь?.. Хочешь на шабаш со мной – не вопрос, я весь твой: расскажу, покажу, объясню. Боишься – второй вариант заработка я предложил. Без рисков, но со своими нюансами. Решать тебе, Люба, куда идти и что делать. Самый безопасный, раз трусишь, – продолжать сидеть дома да идти у Александры Григорьевны на поводу, потакая её выходкам, истерикам и переменам настроения. Хочешь денег – пора взрослеть! Не хочешь взрослеть – слушай дальше маму и не ной.

Поспелова, вжавшись в перила, пыталась держаться подальше от повесы, оказавшегося слишком близко. Сэро это видел и понимал, что влюблённостью от неё и не пахнет, а Илья обгляделся.

Девочка могла в подробностях разглядеть узор чёрных зрачков, завитки длинных густых ресниц, изгиб лукавых пухлых губ и насмешливо подрагивавших бровей.

– Ты такой чёрный! – восхищённо выдохнула Люба.

– Не понял? – опешил парень.

– Твои глаза, брови и волосы чёрные-пречёрные! Как смола! Или ночь! Только без звёзд и Луны. Никогда настолько глубокого чёрного цвета волос у людей не видела!

Настала очередь смутиться Ибрагимову. Обескураженный, он опустил глаза, пытаясь скрыть удивление, непроизвольно облизнул губы.

– А ещё хочу сказать, Сэро… Очень давно, кстати! Хотя ты, наверно, не раз слышал от других и ничего нового не узнаешь… Ты очень красивый! Я таких красивых, как ты, никогда не видела! Это ж надо, как жизнь тебя любит!

Брюнет окончательно засмущался и здорово покраснел. Румянец обильно выступил на оливковых щеках, проявив на лице парня что-то по-детски нежное. Более-менее справившись с растерянностью, он поднял глаза на Любу, подозревая, что она просто флиртует. Но ошибся. Девочка, руководимая порывом искренности и восхищения, не сводила честных, широко распахнутых глаз с его лица.