— Поехали домой, тёть Маш?

Она огляделась, остановила взгляд на гастрономе и повернулась ко мне:

— У тебя деньги есть?

— Немного есть, — ответил я. — Точно! Тёть Маш, у вас же дома в холодильнике мышь повесилась!

— Пошли, — сказала она и решительно направилась к магазину. — Рублей 20 есть?

— Рублей 40, — ответил я, припуская вслед за ней.

— Ого! — она повернулась ко мне у входа. — Это, типа, немного, по-твоему?

Я пожал плечами.

Первым делом мы (она впереди, я за ней) направились в вино-водочный. Тётя Маша купила «Белого аиста» за 17,50 и, к моему величайшему удивлению, пачку «Космоса».

— Заплати, потом отдам, — сказала она мне, пояснив, держа в руках пачку сигарет. — Сто лет не курила…

Потом в молочном отделе она взяла сыр, сметану. В мясном — десяток котлет (я тоже, глядя на неё, взял десяток), и, наконец, в булочной мы купили по буханке черного и по булке белого.

Она направилась к остановке.

— Тёть Маш! — предложил я. — Поехали на такси? Что в автобусе трястись да народ пугать?

Она остановилась, немного подумала, махнула рукой:

— А поехали!

Такси поймать оказалось несложным. Когда мы сели в салон, водитель подозрительно повёл носом, обернулся, посмотрел на нас, но промолчал — тётя Маша улыбнулась ему одними губами, показав зубы, эдакий приветливый оскал (а зубы у неё были все белые, ровные — последствия действия конструкта «хвост ящерицы»).

В результате мы заплатили по счетчику, а таксист даже сдачу отсчитал до последней копейки.

Во время поездки тётя Маша молчала, отвернувшись от меня, глядя в окно. Я посмотрел на неё через призму магического зрения. Левое плечо светилось розовым, то есть, по факту болело, но не сильно. Таким же розовым светом светились поясница, глаза, носоглотка, в общем, практически всё лицо.

Я кинул в неё конструкт исцеления, «айболит», вложив магической «живой» энергии чуть больше обыкновенного. Через пять минут тётя Маша повернулась ко мне, ткнула меня кулачком в плечо и буркнула «спасибо!».

На лестничной площадке я отдал ей сумку с продуктами, предварительно вытащив пакет со своими котлетами, протянул ключ.

— Там я у вас вещи кое-какие я вынес, — вполголоса сообщил я. — Шишкин посоветовал перед обыском. Попозже вечером принесу.

— Все не тащи, — задумчиво ответила тётя Маша. — Железки — ну, ты понял? — пока оставь. Потом скажу, почему.

Она зевнула, еще раз взлохматила мне волосы, подмигнула мне и ушла к себе, буркнув:

— Меня сегодня нет! Всё — завтра.

Я догадывался, чем она будет заниматься, раз бутылку «Аиста» забрала с собой. Стресс снимать.

Maman еще не вернулась, поэтому первым делом я «ушел в Астрал». Записал всё, произошедшее в свой «дневник», после чего «залез» в библиотеку. Я представил себе этот кабинет, где сидел Герис, стеллажи и шкафы с книгами и свитками. Протянул руку и ухватил самую толстую книгу с пожелтевшими страницами, которая лежала, получается, ближе всех ко мне. Сел за стол, открыл и… всё, увлёкся, пропал…