— Дальше мы что делаем? — спросил Скрипач. — Давайте определяться с планом. Время же.
— Дальше… — Берта задумалась. — Пока вы там, посмотрите локацию Алге Рауде. Во-первых, наберем статистику, хотя бы немного, во-вторых, либо подтвердим, либо опровергнем теории, о которых только что говорили.
— Ладно, — согласно кивнул Ит. — Сегодня мы ложимся спать, а завтра заглянем, в таком случае, в гости к Алге. Потому что нельзя делать выводы по ситуации только на основе того, что мы увидели в локации Варвары. Может быть, картина будет иной.
— Вот и проверьте, — заключила Берта.
20 Девушка в красном
— Этот мир никогда не стал бы Маджентой, — тихо сказал Пятый. — Понимаешь?
— Почему? — спросил Ит.
— Подумай сам. Основа совершенно иная, и… — Пятый помедлил, — есть ещё момент, он принципиально важный, его никак не обойти. В Мадженте ты не сумеешь познать зло в той форме, в которой оно присутствует на этой планете. Ни за что, и никогда. Ни в потенциальной, ни в зонированной Мадженте и речи не может идти ни о стеклянных деревьях, ни о стеклянных домах, ни о девушках, которые хоронят мёртвых кукол в тайных местах, так, чтобы никто не видел. Мало того. Этот мир — не Индиго. Потому что в Индиго подобное тоже невозможно. Да, это две разные этические модели, но обе они подразумевают что?
— Последовательность действий, вероятно, — предположил Ит.
— Верно, — покивал Пятый. — Внутренний строй, образ мысли, нормы, и прочее. Что мы видим тут? Беспринципность. Полную и абсолютную. Даже зло, и то более ли менее последовательно, ты сказал правильно. А здесь — ты же сам видишь. Эти флюгеры споро пытаются перековаться в Мадженту, наскоро замазывая прошлое, и демонстрируя самую настоящую истерику. Смотрите, мол, на что мы готовы, чтобы вы нас приняли, и мы стали у вас своими. При этом — отходной путь никуда не делся, они держат этого туза в рукаве, готовые откатить ситуацию в любой момент. А это значит, что они вполне себе рассматривают такое развитие ситуации.
— Да, ты прав, — покивал Ит. — К сожалению, ты совершенно прав. Одни «грани памяти» с кучей ложной информации и недомолвок чего стоят. Мне крайне неприятно здесь находиться, но в то же время у нас с рыжим… как бы объяснить… это как зуд под кожей, как мурашки, словно потряхивает от нетерпения. У нас ведь бывало такое, в рабочие периоды, много лет тому назад. Словно молодость возвращается, понимаешь? Мы же азартные, а это ощущение… — Ит осекся, поморщился. — Оно дорогого стоит. Понимаю, что это в корне неверно, это неправильно, но ведь есть же.