Поля тянутся от горизонта до горизонта, страна недаром считается житницей всех здешних земель, поэтому несколько морковин или брюкв, пошедшие на корм лошадям из караванов, никого из местных не волнуют.

Соседи-возчики рассказали мне такую хитрость и предупредили, что дальше двух метров не стоит углубляться, да еще выкапывать одно место полностью совсем тоже не рекомендуется.

— Так, немного проредить и все!

В общем, встанешь, копнешь пару морковин, угостишь лошадь и снова под подводу, досыпать и смотреть сны, разноцветные и непременно про земную жизнь.

Интересно работает подсознание, про Черноземье почему-то ничего не снится, никаких сновидений ни про Гриту, ни про приятелей своих. Только про сервис, как меняю колодки и тяги рулевые, выпрессовываю подшипники ступичные и прочее, видно здорово скучают моя голова и мои руки по привычной работе.

Прежнее сознание как-то часто возвращается во снах.

Нас, меня и моих новых приятелей, Бильда с Ктонсом, какие уж они тут у меня имеются, перевели прикрывать зад обоза, поэтому барона я вижу пару раз за день всего, на утренней и вечерних поверках. Оно и к лучшему, сил у нашего предводителя больше не остается ни на что другое, не пристает с вопросами разными про свое будущее магическое развитие и великолепие.

«Врать не хочется. Я ничего подобного вообще не вижу, ждет барона большое разочарование в жизни».

Оставшиеся возчики меня явно побаиваются, видя, что я на особом счету у барона, но все же узнал я в разговоре — все они его подневольные люди, поэтому терпят любой произвол безропотно, как могут.

Те парни, которые убежали, нанялись вместе с охраной, поэтому не стали оставаться, понимая отчетливо, что им тоже заработанных денег не видать в конце пути. А подневольные сами пошли те, кого можно отпустить из семьи, такая поездка считается, как выполненная повинность для своего феодала. Зато остальные дома растят урожай на баронской земле и рассчитывают, что зачтется поездка на Север возчиком одного из них.

Тут в караване хоть кормят неплохо, да еще путешествие какое-никакое, каждый член крестьянской семьи его проделает. Да не один раз в жизни, если есть нужда у дворянина-хозяина в подобном коммерческом туризме.

Граница с новой страной обустроена оказалась так же, пограничная стража уже от другого графа в нарядах других цветов, проверила бумагу у барона, потребовала еще немного денег и подняла очередное бревно.

На той стороне реки, в северном королевстве, уже ничего сильно ухоженного не видно. Полная свобода передвижения сразу сказалась разбитыми дорогами, постоянными поломками уставшей и перегруженной техники, не проходящим тихим бешенством вымотавшегося в край барона.