Аластер ничего не ответил, но поджал губы, сдерживая ухмылку от осознания того факта, что Лилит помнила все. Но как же искусно она притворялась!

– Роули! – снова зло прошипела она.

– Я знаю, что делаю, – отмахнулся он.

Они замедлились, и туман скрыл их от Фера Люция и его прислужников, а когда перед ними показалась его массивная фигура, не сговариваясь, разукрасили друг друга взаимными ударами.

– Ничего не меняется, – довольно пророкотал Повелитель и продолжил путь.

Лилит ударила снова, но уже используя когти в полную силу.

– Ты понимаешь, что отдаешь Софи на смерть? – быстро проговорила она.

– Софи не умрет. Она делает ангелов смертными. Мы убьем его сейчас. Будь настороже, – прошептал Роули, не скрывая самодовольства.

Лилит схватила его за плечо, не давая отстраниться:

– Фер Люций не ангел, он падший. Существо, отравившее себя грехом. Ты же, как и я, был свидетелем его деяний. Ты тупее адского пса, Аластер!

Он отрицательно покачал головой. Горло Роули сжал спазм, и он поднял руку, прикоснувшись к шее. Быть не могло, чтобы он просчитался. Дьявол – изначально ангел Божий, а девчонка делала их смертными.

– Ты уверена? – все-таки спросил он.

Роули тяжело дышал, сделав вид, будто бы устал от их стычки, а не разволновался из-за того, что напортачил с новым планом.

– Пав в Ад, ангел за тысячелетия изменился. Само его естество стало иным. Игра в нового Бога: создание нас – демонических двойников Адама и Евы, пары – уже одно это изменило все.

Лилит говорила уверенно, и от этого Роули внутри затапливал холод, казавшийся невозможным в Аду.

– Прах! – выругался Роули и поспешил догнать Фера Люция, пока он не заподозрил их в сговоре.

– Где она?

Хозяин Ада внимательно осматривал туман. Роули хотел переместиться с Софи ближе к червоточине и бежать, но Дьявол стоял рядом, без орды демонов. Аластеру выпал шанс отнять его жизнь, закончив план другим способом, поэтому, отойдя к самой кромке тумана, он переместился к Повелителю, притянув за собой и Софи.

– Вот она, мой Господин!

Роули показал на растерянную девушку. Казалось, Софи сразу поняла, кто перед ней. Роули увидел это по тому, как судорожно она сжала кулаки, как заметался ее прозрачный серый взгляд: окинул Лилит и остановился на нем. Он пытался не смотреть в ответ, но это выходило из ряда вон плохо.

Софи. Роули впервые признал, что она красива до боли. Прозрачно-дымчатые, чуть раскосые глаза, словно наполненные самим «Лимбом», словно имеющие божественную силу судить души; точеный контур фигуры в пальто, распушившиеся от влажности черные волосы, подчеркивающие длинную шею. Казалось, до этого момента он не мог рассмотреть ее, а быть может, озарение снизошло лишь тогда, когда он поставил ее жизнь на кон. Он долго отвергал сам факт, что кто-то стал постоянно находиться рядом, словно Софи была непрошеной тенью, которая лишь мешала его делам. Роули не понимал, как за короткий отрезок времени она стала важной частью жизни, и ее присутствие заполняло пустоту, о которой он даже не догадывался.