– Священников специально выводят из строя, чтобы некому было изгонять демонов обратно?
Дэниэль кивнул и ответил:
– Я не знаю, как защитить их.
– Татуировка на грудь с запрещающим сигилом? – спросила Софи, вспомнив сериал «Сверхъестественное».
– Это так не работает, – фыркнул Роули.
– А кто-то уже проверял? – снова спросила Софи.
– Не то чтобы.
– Тогда нам нужен Кодекс Гигас, там должно быть что-то охраняющее.
Абраксас согласно кивнул.
– А пока можно подумать и найти какие-то запрещающие знаки, как те, что ставила ведьма Элишка на квартиру и бар.
– Нужно попробовать, – поддержала его Дагмар. – Неизвестно, сколько мы будем искать эти страницы и окажется ли в них что-то стоящее.
Небо за это время мигнуло молнией. Еще одной. И еще. Фауст поднялся со скамьи. Роули оскалился. Черная свита заняла место справа и слева от Софи. Пошел дождь, прогоняя прохожих с улицы. Молнии били в землю, совсем рядом загорелись кусты декоративных роз возле скамьи. Мортем приложила руку к бешено стучащему сердцу.
Она знала, что они идут. Ангелы идут, чтобы убить ее.
Глава 17 Experimentum crucis. [44] Испытание крестом.
«Пражский трдельник» «Дорогие читатели! Сегодня хотим поговорить о европейской новости номер один. На границе Ватикана и Рима, на дороге, которая ведет к собору Святого Петра, обвалилась брусчатка, и образовался широкий разлом. По данным городских служб, разлом тянется на километр вниз. На месте работают геологи и сейсмологи, чтобы выяснить причину и как можно скорее закрыть дыру. Известно также, что спешка связана с тем, что разлом может навредить уникальным ценностям, расположенным в подземных архивах Ватикана. Однако эта новость стала важна и для Богемии, так как совсем недавно подобный разлом произошел и в замке Гоуска. Специалисты занялись изучением природы этих феноменов. Ваш Эл Вода».
Софи
– Идем! Быстро! – Роули резко схватил ее за руку и потянул к воротам. – На освященной земле мы слабее.
Они кинулись к воротам, но были остановлены мужским голосом.
– Софи!
Не веря ушам, она обернулась. Мир закружился, стало трудно дышать, когда Софи увидела Патрика Мортема.
Своего отца.
Как?
Роули говорил, что вернуть его невозможно. Быстрым шагом он приближался к ним со стороны монастыря. На нем была католическая ряса. Софи выдернула руку из хватки Роули, чтобы влететь, как в детстве, в отцовские объятия, которые он уже распахнул для нее. Однако не сделала этого. Что-то было не так. Глаза ее отца всегда лучились любовью, когда он смотрел на Софи. Сейчас они были пусты и холодны, совершенно безэмоциональны. Оглянувшись на застывшую свиту и Аластера, она поняла, что права.